Я с недоумением смотрю в ограду, голый черный кустарник, перевожу взгляд на Зубова:

— Зубов, ты меня пугаешь… Только не говори, что ты — маньяк, приманивающий девушек на мороженое и клубнику…

— Маньяк, — спокойно соглашается Зубов, — вот только такой… Узконаправленный.

— Это как? — заинтересованно уточняю я.

— Это значит, только на клубничку встает.

Он выходит из машины, через мгновение открывает заднюю дверь, вытаскивает цветы, затем подает мне руку.

— Бери мороженое и клубнику, они нам пригодятся сегодня, — спокойно и уверенно командует он.

Я подчиняюсь, бормоча чуть слышно:

— Клубника, мороженое, цветы… темный лес… Зубов, а ты уверен, что ты просто маньяк, а не маньяк-извращенец?

— Одно другому не мешает, — подмигивает он неожиданно хулигански, — а только помогает. Пошли, Клубничка.

Я послушно вкладываю пальцы в его ладонь, и мы идем по узкой асфальтированной дороге сквозь темноту кустов. Идем-идем… И неожиданно выходим прямо к высотке. Совершенно, кстати, незаметной с того места, где мы припарковались."

"— Зубов… — тяну я нарочито разочарованно, — а я думала, ты меня впечатлить хочешь… Место необычное для свидания…

— Настоящий мужчина впечатляет не местом, — смеется он, настойчиво подталкивая меня к входу в подъезд.

— Покатушки обещал… — все еще ломаюсь я, с удовольствием ощущая, как волна предвкушения лупит по всему телу, одновременно расслабляя и тонизируя.

— Обещал, значит будет, — заверяет Зубов, захлопывая за мной подъездную дверь и окончательно ставя точку в моем мнимом сопротивлении.

Мы поднимаемся в лифте, Зубов с цветами, я — с едой, смотрим друг на друга, наверно, впервые вот так. Пристально. С полным понимаем того, что будет дальше. Осознанием и принятием.

Куда-нибудь это приведет, ведь так?

А из нашего окна…

Клубничка лежит на животе, выпятив упругую попку, едва прикрытую покрывалом, и разглядывает вид из окна.

У нас неожиданно образовалась пауза между подходами к снаряду, я уполз в кухонную зону готовить кофе с каплей коньяка, а она… Она осталась лежать на основательно разворошенной кровати, стоящей как раз рядом с огромным панорамным окном.

Окно и вид из него — единственные достоинства этой халупы. Ради них можно и высокий этаж потерпеть, хотя я ненавижу высоту. Не боюсь, нет, мне с моей работой такие фобии противопоказаны, но вполне реально опасаюсь. И не люблю рисковать зазря. А на такой высоте даже выход на балкон может быть смертельным. Особенно, учитывая, как сейчас строят…

Хорошо, что здесь балкона нет.

А окна… Ну пусть. У меня блэкаут есть.

Сейчас в комнате полумрак, горит только подсветка в кухонной зоне. Да Москва за окнами.

Отблески разноцветных огней лежат на гладкой коже Клубнички, вырисовывая все нереально вкусные изгибы.