Восстанавливать события лучше пошагово, с того момента, как решила пойти за подарками.

Оделась, покормила кота и взяла сумочку. Кроме супермаркета я планировала зайти в рыбный магазин — купить коту еды. Мой пушистый привереда питался специальным кормом, но иногда требовал рыбы. Именно требовал, а не просил, думаю, просить было ниже его достоинства.

В один прекрасный день кот вдруг отказывался от своей обычной еды, и всем своим видом демонстрировал покорное ожидание. Сначала покорное. Потом, видя, что хозяйка по-хорошему явно не понимает, кот переходил на предъявление ультиматума. Качался по ночам на шторах — часика этак в три, когда самый сон. Будил меня неотрывным взглядом, кидался под ноги как раз тогда, когда я несла к телевизору чашечку горячего кофе и пирожное.

Я быстро сдавалась и шла за рыбой. Но не какой-нибудь рыбой, а рыбой из специализированного магазина, куда её привозили охлаждённой.

Пару дней кот блаженствовал, поглощая огромные куски, а потом отказывался и требовал своей привычной еды.

Где он сейчас, мой котейка? Впрочем, как раз за него можно не волноваться — соседка заберёт. Она его обожает и кот это знает. У соседки есть ключи, иногда, когда я слишком долго задерживаюсь на работе, она сама, без моей просьбы, приходит скоротать котику часы одиночества. Поменять лоток, налить свежей воды, добавить корма.

Так что же со мной случилось? Я напрягла память, заставляя себя мысленно повторить каждый шаг и каждое движение.

День. Мой город. Я иду к остановке маршрутки, перехожу дорогу, конечно, не по пешеходному переходу — так короче. Привычно оглядываюсь и торопливо топаю на ту сторону…

Острая боль пронзила меня внезапно. Словно что-то быстрое, сильное, мощное ударило меня в живот. Я застонала и вспомнила…"

"Мотоциклист. Откуда он появился, я и сейчас не знаю, но летел как стрела. У меня не было ни единого шанса — он врезался в моё тело на полной скорости. Крик, боль и тишина.

Дальше — ничего.

Дальше я очнулась Ульянкой, красивой, но, кажется, не слишком счастливой девкой.

— Никак стонет? Феня, пойди глянь! — распорядился за стенкой Пекас.

Тонкая перегородка не скрывала никаких звуков. Я слышала, как Феня достаёт из печи варево, как раскладывает ложки, что-то наливает в кружки.

— Да что ей будет, Пекас, — проворчала недовольно Феня. — Стонет и стонет, весь день стонет, и чего теперь? — Иначе как-то, — заволновался Пекас и сам заглянул в закуток.

Я прикрыла глаза, задышала ровно и тихо. Эти двое — мой единственный источник информации. Повезло ещё, что они сразу не поняли, что перед ними не Ульянка.

— Спит, — сказал Пекас.