– Я за Ваней Никитиным, вам Татьяна звонила…

– Да-да-да, – она закивала, потом сказала мамаше, – минуточку…

Подошла ко мне, попросила документ, удостоверяющий личность. Я протянула права, которые лежат в кошельке уже год, а машины все так и нет. Она подошла к столу, стоявшему у стены, что-то переписала в тетрадку и вернула мне права. Затем пошла в зал, где, видимо, играли дети, ибо оттуда доносился не то чтобы шум, а просто дикий гвалт. Я посмотрела на детей, которых одевали родители, ну большенькие. Года три-четыре. Уже хорошо.

Через минуту воспитательницы вышла, держа за руку мальчишку. Я посмотрела на него. Черт, у этого тоже синие глаза. И темные волосы. Нда, бедные девочки… Сколько вас будет вздыхать по этому красавцу, когда он вырастет.

– Привет! – я бодренько улыбнулась малышу, внутренне ожидая, что он разревется при виде неизвестной тетки. Он посмотрел на меня исподлобья, подошел ко мне и спросил:

– Ты кто?

Та-а-ак, нормальный пацан! Мне уже нравится! Я присела на корточки:

– Меня зовут Марина, я пришла за тобой. Папе с дедушкой некогда, Таня… приболела, Лера работает…

– М-м-м, – промычал он, явно прикидывая, хорошо или плохо обернется для него мое явление."

"– А ты мне купишь черепашек? – на своем детском наречии поинтересовался он. Я немного сместилась влево, пропуская очередную партию родителей.

– Живых что ли? – испугалась я. Это ж капец, денег-то не хватит…

– Ну, можно и живых… у меня нет черепахи… но лучше журнал про черепашек-ниндзя…

– А-а-а-а, журна-а-а-ал, та легко! Пошли! Где твой шкафчик?

Я помогла Ване натянуть комбинезон, чувствуя, что эти синие глаза меня окончательно добили и покорили. И если он попросит живую черепаху, я займу денег и куплю аж две.

Через минут пятнадцать мы вышли из садика. Меня посетила мысль, что я буду с ним делать, когда он захочет в туалет. Ибо горшка у меня нет. Это раз. И ему еще нужно вытирать попу. Это два.

– А когда мы купим журнал? – снова спросил он.

– Да хоть сейчас, – сказала я и повела его к 'Роспечати'. Помимо журнала про черепах пришлось купить еще и какой-то журнал с машиной. Блин, вот как откажешь такому синеглазому красавчику, особенно вспоминая его папу… такого же синеглазого…

Всю дорогу до остановки Ваня разглагольствовал о предыдущих выпусках, удивился, что я не ничегошеньки не знаю о чудо-черепахах и решил меня просветить на эту тему. В это время мне позвонила Маня.

– Ты где, мать?

– Ой, Маня-я-я-я, ща скажу – упадешь…

– Все-таки он гей?

– Кто?

– Начальник твой!

– Совсем??? Нет… Я забрала из садика Ваню, это сын Данила Олеговича, и мы едем с ним к нам домой…

– Чего-о-о-о?

Пришлось кратко объяснить что к чему.

– А-а-а-а, а я думала, он сам тебя послал за ним.