Спасибо, Сергей Сергеевич.

– Можно мне с вами?

– Да, конечно, я жду в машине, – сказал Беркутов, закрывая за собой дверь.

Глава 59

Саша письма не трогал. После звонка Беркутова он присел на корточки у входа в спальню. Потому что не было сил войти в комнату. Он неотрывно смотрел на одеяло, под которым лежала его мама. Осознать до конца, что там именно она, сил тоже не было. Саша старался думать о предстоящей сессии. Это спасало. Но ненадолго. Он думал о Машке, девушке, с которой познакомился недавно. Но это было тоже недолго: Машка не звонила ему несколько дней, а ее мобильный не отвечал. Сашка не знал даже ее фамилии, вот такая у них случилась любовь. Но он точно знал, что хочет ее в жены, даже не так, он хочет от нее малышку. Именно девочку. Сон, приснившийся ему однажды, был о ней, о Машке. И о девчушке, которую он, Саша, называл Клепа. Она прижималась к его коленям и что-то верещала на своем языке. А он млел от счастья.

«Сейчас приедет следователь, и я буду свободен. Мне, самое главное, его дождаться», – Саша был уверен, что, сидя вот так, у входа в спальню, он не ставит точку. Точку, за которой заканчивается земная мамина жизнь.

Он быстро поднялся, выгнув дугой тренированное тело, как только услышал трель дверного звонка.

– Саша, где? – Беркутов вопросительно посмотрел на удивительно спокойного парня.

Тот кивнул на коридор. Беркутов, а за ним и Карташов зашли в спальню.

– Саша, не закрывай дверь, пропусти моих ребят, скоро подъедут.

– Хорошо.

Беркутов повернулся к Карташову и сделал предостерегающий жест. Карташов остановился у порога. Через некоторое время Беркутов вышел из комнаты и протянул Саше листок.

– Прочти, письмо тебе. Потом вернешь.

Саша взял листок и, ничего не ответив, отправился к себе в комнату. «Не хочу я ничего знать!» – хотел крикнуть он в голос, но вместо этого включил настольную лампу, и его мутный от слез взгляд выхватил первую строку.

«Сашенька, дорогой мой! Мне нет оправданий. Не иначе как бес попутал меня, грешную. Я убила твоего отца… Как? Я знала, что он быстро вылакает весь коньяк из фляжки и потянется к ближайшему бокалу. Так и получилось…»

Все, точно. Мама, мама…"

"«…Ты у меня умница, бабушка гордилась бы тобой. А я всегда любила и уважала ее. Не знаю как тебе объяснить, но мне, выросшей в нищете крохотной деревушки, она была и матерью и подругой. А отец твой… Я видела, как бабушка страдает, что он такой. Она об одном просила меня, когда умирала, чтобы тебя воспитать как Курлина. И ты таким и рос. Порой мне казалось, что не Федор, а я потомок Курлиных. Так я срослась с этой фамилией! Я ее даже после развода сохранила. Как сохранила все то, что было дорого твоей бабушке.

Как радовалась я, когда узнала, что ты интересуешься историей Курлиных! Я не хотела тебе мешать.