Мебель, старая и рассохшаяся, была надергана с других отделений по истечении срока годности. Письменный стол в кабинете дежурного хирурга не шатался, только если врач принимал строго определенное положение.

В кабинете толпилось столько мужчин в морской форме, что у Юли почернело в глазах.

Когда она вошла, мужчины посмотрели на нее удивленно."

"Юля не разбиралась в воинских знаках отличия, но, судя по золоту погон и крупных звездах на них, в больницу доставили моряка немалого чина. Генерал, или кто он там, безусловно, относится к элите общества, а Юля была воспитана в твердом убеждении, что у элиты все должно быть элитным, в том числе и врачи. Человеку, занимающему высокое положение, так же невозможно лечиться вместе с обычными гражданами, как льву, например, перейти на строгую вегетарианскую диету. Не только опасно для здоровья, но и потрясает основы мироустройства. А сейчас Юля выступала как обычный, рядовой доктор, уполномоченный государством охранять здоровье таких же рядовых граждан. Черт, что же делать?

– Я дежурный хирург, Юлия Евгеньевна Рыбакова, – представилась она, рассчитывая услышать: «Немедленно пригласите главного хирурга!», «Вы отдаете себе отчет, кто перед вами?» или что-то подобное.

– Здравствуйте, товарищ врач! – сказал самый молодой из моряков. – Посмотрите, пожалуйста, нашего командира.

Товарищ врач, надо же!

Юля выгнала свиту в коридор и осталась наедине с пациентом, жилистым краснолицым дядькой средних лет. «Почему было не отвезти его в госпиталь? – тоскливо подумала она. – Толпы этих моряков околачиваются в нашем городе, тут их учебно-тренировочный центр. Давно могли себе хоть маленький госпиталь построить, так нет!»

Морской волк тем временем доверчиво излагал Юле симптомы своей болезни.

«Что он, не понимает, с кем связался? Или этот командир не смотрит телевизор и не знает понятия „глупая блондинка“? Если бы он только заикнулся, что недоволен врачом, я сразу бы вызвала из дому заведующего… А так что ждет его? Смерть в страшных муках от неправильно поставленного мной диагноза! А меня, соответственно, строгая комиссия, позорное увольнение и лишение диплома.

Да и моряки не простят уморенного командира, пойдут на нашу больничку войной!»

Выслушав жалобы, Юля приступила к осмотру живота.

И тут в голове зазвучал ее собственный голос: «Основными признаками перфоративной язвы являются острая кинжальная боль и доскообразный живот».

Она словно вновь оказалась в аудитории, на экзамене по факультетской хирургии.