Она уже битые сорок минут сидела за столом ресторана в гордом одиночестве, разглядывая пестрящие золотом, парчой и синим бархатом вычурные дворцовые интерьеры. Телефон Ларисы сначала не отвечал, потом оказался вне зоны. Похоже, мачеха решила прокатить ее по всем законам классического жанра и начала с доведения ее до кондиции максимально возможным опозданием. В девять она уже собралась было сделать последний звонок, после чего уйти, но как раз когда она опустила взгляд на экран телефона, возле столика вдруг кто-то остановился."

"— Прошу прощения, что тебе пришлось ждать, — раздался знакомый металлический голос, от которого внутри взорвалась яркая вспышка паники. Девушка подняла глаза и увидела перед собой Луку, который с невозмутимым видом отодвинул стул напротив и расселся в типичной для него вальяжной позе очень важной персоны. Одет как всегда с иголочки в неприлично дорогой костюм. Годы не слишком сильно его изменили. Все такой же напыщенный педант-мизантроп, уставший от этого мира и ото всех окружающих, пресытившийся всем на свете и ничему не удивляющийся. Как убийственное дополнение к этому всему — породистая грубоватая мужская красота, только резче обозначившаяся с годами.

Подавив первое впечатление, Кристина стиснула зубы, приподняла подбородок и отчеканила холодно и безразлично:

— Чем обязана твоему присутствию?

Небрежно окатив ее равнодушным взглядом, Лука выудил из внутреннего кармана пиджака зажигалку, а из внешнего — пачку сигарет.

— Посчитал, что лучше тебе иметь дело со мной, чем с моей матерью.

— Уверен, что я с тобой соглашусь? — Девушка отстранилась от стола, скрестив на груди руки.

Жестких мужских губ коснулась едва заметная ухмылка, как и серых обманчиво-бархатистых глаз.

— Во всяком случае, я пришел, чтобы изложить суть дела, тогда как мать планировала устроить весьма некрасивую провокацию и, возможно, скандал. Уверен, ты догадывалась о такой возможности… Это в ее репертуаре.

Лука раскурил сигарету и затянулся.

— Здесь не курят, — категорично отрезала она.

— В общих интересах, чтобы я покурил, — отсек он раздраженно, протянул руку к ее выпитой чашке кофе и придвинул ее к себе в качестве пепельницы. Внутренне вскипая от подобной наглости, Кристина заставила себя сделать вздох, взялась за сумочку и собралась встать.

— Думаю, нам нечего обсуждать.

— Ты ошибаешься, — не двинувшись с места, заявил Лука. — Боюсь, неприятной встречи с матерью тебе все равно не избежать в будущем, так хотя бы будешь готова и осведомлена.

Кристина нахмурилась, пытаясь прочесть по выражению его лица и жестам, говорит ли он правду. Только разве разберешь, что у этого змея на уме.

— С чего вдруг я должна тебе верить?

— Вовсе не должна. Но лучше выслушай.