Герман почти касается моих губ, но вдруг звонит его телефон, и он, не отрываясь от меня, отвечает:

— Внимательно…

Он уехал, а я так и лежала, удовлетворенная и пронизанная страхом. Что же делать? Остаться с ним и вечно бояться сделать лишний шаг? А не получится ли так же, как в фильме про одержимых маньяков.

Ладно… Накручивать себя можно бесконечно. А можно просто закрыть глаза и подумать, как с этим одержимым было хорошо.

Герман не просто любит меня во время секса. Он боготворит, сколько времени обычно уделяет ласкам тела. И самое главное, я ему отвечаю. Мне нравится все то, что он со мной делает.

Мне нравится кончать не от собственной руки, а от его языка и пальцев. Кайф.

И я бы так и кайфовала, если бы на утро меня не разбудил звонок. От Антона.

— София! Где деньги?

Глава 19.

Я действительно испугалась. Собралась за десять минут. Проверила на месте ли деньги и опрометью бросилась бежать в больницу.

Даже удивительно, сколько вчера мы прошли. И если тогда это было, как в тумане. То сейчас я четко поняла, что шла я за Германом примерно три километра. Не глядя. Не думая. Словно загипнотизированная. Но месть ли была моим главным желанием? Или меня вело чувство незавершенности, которое и вылилось в такую чувственную, грубую эротику.

И тело от воспоминаний до сих пор потрясывает. Штормит. Просит продолжения.

И подходя к парковке больницы, мою голову обильными красками начали заполнять мысли.

Ведь получается я теперь с Германом? Я же занималась с ним сексом.

А значит любые отношения с Антоном нужно закончить. Он не должен думать, что у него есть хотя бы шанс на то, что так лихо забрал Герман. Уже второй раз.

Так ведь будет правильно?

Именно это я себе и говорила перед дверью его палаты, не решаясь ее толкнуть.

Что я ему скажу?

Вчера я встретила сводного брата, хотела ему отомстить за изнасилование. А по итогу растеклась лужицей и дала сделать все, что ему хочется. А тебе не дала. Просто не смогла.

Мда-а… Мне кажется, Антон за такое объяснение просто убьет.

— Не сделаешь ты, сделаю я, — слышу голос за спиной и шумно выдыхаю. Разумеется, Герман не мог не прийти и не проверить, насколько быстро я перейду в его полное владение."

"И тело тут же вспоминает способ, которым он мною владел, и покрывается мурашками.

Особенно, когда на ягодицу легла тяжелая рука.

— Герман, — рычу недовольно. – Ты же на работе.

— Иди уже, — подталкивает он меня и одновременно толкает двери в палату. Мне ничего не остается, как только пройти вперед и оказаться напротив угрюмого Антона.

— Ты принесла? — начинает он без приветствия и тут же осекается, потому что Герман входит сразу за мной.

— Ну как вы, господин Беркович? Готовы к выписке?

Антон сморщил нос, явно давая понять, что его очень устраивает его больничный режим. Ведь действительно.