Она даже названия моих альбомов толком не помнит. Ее интересовали только гонорары за них.

– Надеюсь, у вас все сложится хорошо.

– Уверен, что так и будет, – кивнул Криманов. – Попробуйте этот салат. Здесь неплохо готовят.

– Я бывал тут несколько раз, – ответил Дронго.

– Что мы будем пить? – спросил Роберт.

– Мне минеральную воду без газа.

– А что-нибудь покрепче?

– Закажите себе. Я не очень пьющий человек, мне все равно.

– Тогда бутылку водки, – решил Криманов и обратился к официанту: – Скажи, чтобы дали из той серии, которая у них была в прошлом месяце.

Официант исчез и уже через минуту появился с запотевшей бутылкой водки. В пузатых рюмках жидкость казалось тягучей и серой. Они чокнулись, но свою Дронго только пригубил.

– Что у вас там случилось? – поинтересовался он. – Как произошло это убийство?

– Какой-то маньяк, психопат, – отмахнулся Криманов. – Киру действительно жалко. Молодая женщина осталась вдовой. Рядом с такими дорогими коттеджами нужно ставить специальную охрану – времена сейчас такие гадкие, – а у них несколько охранников на весь поселок. И все знают, что такой огромный дом стоит неохраняемый. Вот всякая шушера туда и лезет.

– Вы считаете, это был случайный грабитель?

– Совсем не случайный. Он точно знал, куда лезет. Там только дорогих телевизоров семь или восемь штук. А еще компьютеры, телефоны, всякие приставки… В общем, есть, чем поживиться.

– Насколько я слышал, в доме ничего не пропало, кроме одной пепельницы…

– Значит, просто не успел взять. Несчастный Пашков его застукал, и он ударил его ножом, снятым со стены. А потом сбежал. Турелин видел его спину, когда он прыгал в окно. Как он не разбился, сам не понимаю. Но выжил, сукин сын, и сбежал.

– Вы были внизу, как раз под этой комнатой?

– Правильно. И не один, а вместе с Кирой. Могу дать показания хоть на детекторе лжи, что в момент убийства мы с ней вместе были в кабинете, и она не ударяла своего мужа ножом. Вы знаете, в таких случаях обычно подозревают жену. Но Кира – большая умница и хорошая девочка. Зачем ей убивать мужа, который столько для нее сделал? Ее первый супруг был светотехником. Они поженились, когда она только приехала в Москву и поступила в Гнесинку. Еще на втором курсе. Он был старше нее на восемь лет, москвич – следовательно, московская прописка и свое жилье. Когда она родила, ей было только девятнадцать лет. Такая молодая и неопытная провинциалочка. Потом быстро разобралась, что к чему. Для красивой женщины жить в однокомнатной квартире, вечно нуждаясь и стараясь дотянуть до зарплаты или стипендии, просто немыслимо. Фигурка у нее была ладная, голосок неплохой, и ее взяли сначала в один коллектив, потом в другой. А уже когда закончила Гнесинку, попала к самому Мавзону.