То, что назревало в торговых кругах Средиземноморья, нельзя было назвать иначе, кроме как паникой. Все бизнес-схемы, существовавшие столетиями, рушились прямо на глазах. И во всем этом прослеживался один важный нюанс: интерес Египта, который совершенно не просто так размещал гарнизоны в беспокойном Ханаане. Неэквивалентный обмен. Вот что еще держало на плаву эту огромную страну, изнуренную войнами и мятежами после смерти царицы Таусерт. Колониальная схема, в которой товары периферии забирают задарма, а взамен поставляют дорогие товары метрополии. Схема надежная, как топор, и обкатана англичанами в Индии. Египтяне — не дураки, а потому вся торговля с ними идет под видом даров одного царя другому. И именно они решают, сколько дадут зерна за тот или иной товар. Рапану мне как-то сказал, что библосцы отгружают кедр в Пер-Рамзес примерно в четыре раза дешевле, чем другим. Такая вот завуалированная форма дани. Египет милостиво дарует пшеницу и ячмень изнывающему от засухи Ханаану, но при этом технично не дает его людям разжиреть, снимая все сливки. Не случайно ведь финикийские города по-настоящему поднялись только тогда, когда выгнали египетские гарнизоны. Даже великий Тир сейчас — относительно небольшой город, которому далеко до Сидона и Библа.

Привычный порядок вещей сломан. Поставки леса подо мной, поставки качественной бронзы тоже. Медь и олово египтяне получают в микроскопических количествах, и по тем слухам, что доносятся до меня, уже начинают нервничать. Они ведь очень неплохо заработали, пока Средиземноморье стонало от набегов морских разбойников. Всё награбленное, в первую очередь металлы, шло именно к ним, в обмен на зерно. А теперь те запасы, что были сделаны в годы мирового хаоса, подходили к концу. Слуги фараона привыкли получать дешевое сырье, а сейчас вынуждены довольствоваться только добычей Синая. И награбленного к ним больше не везут, поскольку именно я полностью контролирую торговое судоходство у берегов Дельты. И это значит, что им придется со мной договариваться.

Осталось совсем немного. Я должен хотя бы на время прервать их собственную добычу меди. Тогда они мои с потрохами. Подергаются, конечно, не без этого. Но с учетом всех привходящих обстоятельств, им конец. Это они попадут в сети неэквивалентного обмена. Нужно положить последний пазл в этой картинке. И сделать это должен афинянин Тимофей. Интересно, как у него идут дела?

* * *В то же самое время. Иерихон."

"Пусть на юг и впрямь оказался непрост. Тимофей вел свой отряд короткими переходами, не рискуя. Он мог и неделю, и две просидеть в каком-нибудь отдаленном селении, выведывая безопасный путь.