И все же мне кажется, что эту осинку ничего не исправит. Вот вроде вернул себе облик, извинился, а до апельсинки ему ой как далеко.

Чуть качнула головой, показывая Келеавину, что не стоит вмешиваться. А то уже стоит чуть в стороне, скрестив руки на груди, и буравит Мейрика ледяным взглядом. Тоже, кажется, понимает, что оборотню предстоит долгий путь, хоть исправляться он и начал.

Княжеский сын кивнул, принимая мои слова.

— Я прошу вас отпустить меня домой, — прижимая крепче к себе ребенка, с вызовом заявил он. Именно заявил, а не попросил.

Вот чуят все мои девять хвостов, что если скажу нет, все равно сделает по-своему. Только сбежит ночью, да ещё и гнать будет, как сумасшедший. Ребенка опасности подвергнет. Поэтому я просто улыбнулась, отпуская прошлое и всю ситуацию. Легко и светло, показывая, что я действительно не злюсь и не желаю зла своему шэсу.

— Один поедешь? — не стала скрывать интереса.

В ответ получила искреннюю улыбку, слегка расслабившегося мужчины.

— Я уже не один, эса Иссил.

Я оценила. Честно. И даже чуть улыбнулась. Не стоило забывать, чей сын хвостатым год отбегал. И тем не менее, это был не тот ответ, на который я рассчитывала. А уж вероятность того, что я вернусь в княжество лесных оборотней возросла в несколько раз.

— И ещё… — он запнулся, словно был не уверен, что стоит говорить. — Наверное, я должен вам это отдать. Нашел в последнем городе. Сейчас.

Он кинулся к нашим сумкам, достал какой-то листок и рванул назад, теряя весь свой княжеский лоск по дороге."

"Листок. Помятый и порванный с уголка. С проколами от клыков и разводами от лисьей слюны. Небольшой, размером с тетрадный лист. Но мое сердце пропустило удар, а после забилось с утроенной силой.

Там была я, такая, какую меня увидел художник своими глазами. Сонный и немного задумчивый взгляд, рассеянная улыбка на лице, лёгкое платье, в котором встречала ночью демона и которое я забыла при отъезде из столицы.

Руки задрожали, боясь потерять драгоценность. Я никогда о нем не забывала, но за целый год ни разу не нашла упоминание о художнике в странных шляпах. Ни единого следа Анджело. А Мейрик нашел. Да простит меня Маринка, но если он ее не заберет с собой, то я готова простить и не слать все кары небесные за один маленький клочок бумаги.

Поняла, что плачу, только когда перед глазами все размазалось.

— Ну хватит! — не выдержал Келеавин. Подошёл, забрал меня из объятий братьев-оборотней и требовательно поцеловал. И только когда у меня перестало хватать дыхания, разорвал поцелуй. — Найдем мы тебе этого полукровку. Вернёмся в город, всех опросим и найдем.

— Его там уже нет, — Мейрик покачал головой и упрямо добавил под злым взглядом демона: — Я бы почувствовал запах брата.

— Почувствовал бы, — выплюнул Кел. — Ты и запах его наверняка не помнишь.