Лишь через щель под дверью просачивается свет из коридора, практически не освещая помещение, но всё же позволяя рассмотреть совсем небольшую комнатку с полками до потолка. Может быть, кладовка или что-то в этом роде.

Божечки-кошечки, кажется, я доигралась. Страх мелкими бусинками рассыпается по коже, а сердце истерично бьётся о рёбра. Что же теперь делать? Надо срочно как-то выбираться, пока они не решили меня убить.

Подхожу к двери и пробую растолкать её плечом — не получается. Бесполезно. Она даже не шевелится от моего веса. Так удачно вспоминаю, что насобирала всякой всячины в кабинете врача. Может, что-то и пригодится. Перебираю пальцами содержимое, пока не попадается скрепка. Выуживаю её из кармана и разворачиваю в длинную шпильку. Видно плохо, но мне всё же удаётся один конец засунуть в замочную скважину."

"Шевелю взад-вперёд, по кругу, стараясь что-то там зацепить. Я в сериале видела, что так можно открыть почти любой замок, но мой мне не поддаётся. Ничего у меня не получается, только шпилька гнётся. Какая-то я жалкая, безрукая и беспомощная. Жалобно всхлипываю, сползая по стене на пол, и прячу лицо в ладонях. Всё. Это точно конец. А у меня ведь скоро должна была быть свадьба.

Слёзы отчаяния текут по щекам, и так мне обидно за себя. Я только жить начала. Влюбилась по-настоящему, замуж собралась. За что они со мной так? Я же ничего плохого никому не сделала.

В коридоре слышатся шаги. Рефлекторно отползаю дальше от двери и прижимаю коленки к груди, обхватив руками.

— Сказали привести её, — доносится до меня.

— Забирай, только осторожнее, — хохотнув, отвечает другой.

Мужские голоса приближаются. Ключ с характерным звуком щёлкает в замке, а моё сердце на мгновение замирает и начинает колотиться как сумасшедшее. Ну уж нет. Я никуда не пойду!

Вскакиваю на ноги и достаю из кармана степлер, прихваченный у врача. Сжимаю в руке, как самое сильное оружие. Ну сейчас они у меня получат! Живой не дамся!

Только дверь открывается, я замахиваюсь, но не успеваю ударить. Свет из коридора бьёт по глазам и заставляет зажмуриться.

— Вот она!

Меня хватают, не дав опомниться, и опять скручивают, лишая возможности сопротивляться, и куда-то тащат

— Пусти, — дёргаюсь всем телом. Пытаюсь извернуться и укусить, но ничего не получается.

— Что он с возится этой сумасшедшей? — доносится со стороны бурчание.

— Не знаю. Не наше дело, — уже над головой.

И снова я оказываюсь перед кабинетом Адиля. И снова меня колотит от страха и неизвестности. Да сколько можно издеваться-то?

— Заходи, — меня опускают на пол, и дверь приоткрывается.

— Не пойду! Вы не имеете права! — упираюсь, громко возмущаясь, и пытаюсь вырваться.

Меня грубо толкают внутрь, заходя следом и закрывая дверь. Зло ощетиниваюсь и оборачиваюсь, чувствуя на себе взгляды.