Охрана каких-то высокопоставленных лиц, трясущихся за свои шкуры, участие в испытаниях новейших разработок Отдела Тайн, масса новых затыков по организации Конгресса…

- Мистер Томас, - Поттер поднял глаза от отчета и пригвоздил непутевого зама взглядом к стулу, - потрудитесь объяснить, каким таким невъебенно загадочным образом вы умудрились…

- Шеф, - вмешался самый старый аврор, догуливавший последние месяцы до пенсии, а потому чуть более смелый, чем остальные, - давайте по группам задачи решим, а потом уже вы с Дином с глазу на глаз членами померитесь?"

"Курсант-практикант нервно хихикнул, но тут же заткнулся, когда Поттер принялся набирать воздух в легкие, намереваясь выдать всю правду о размерах членов всех здесь присутствующих. Кровавой расправе помешал Патронус, появившийся прямо посреди кабинета. Шикарный серебристый лев недовольно оскалился и сказал низким, чуть хрипловатым голосом: «Поттер».

Метаморфоза произошла с Главным мгновенно: не успел чудо-лев рассеяться, как Поттер вскочил, подхватывая со спинки кресла снятую по случаю жары мантию, и, в три шага пересекая кабинет, сказал, не оборачиваясь:

- Томас, за старшего. Подчистите все бока, завтра всех выдеру, кто не успеет. Начальника департслужбы послать, Отделу тайн отказать вежливо, к Министру не соваться.

- Мистер Поттер, а вы…

- Работать! – рявкнул Главный, передумав и направившись к камину. – Гриммо, двенадцать, - назвал он адрес и исчез, ничего не объясняя.

Томас обвел всех пристальным взглядом.

- Парни, нам всем крупно повезло. Давайте, за работу. Что там по делу Кэссиди? Ник, доложи. Как прошел допрос подозреваемого?

Заседание прошло своим чередом, а выпавший у себя дома в гостиной Гарри, не дав Регулусу даже рта раскрыть, аппарировал в спальню.

Северус был бледен, но совершенно точно в сознании.

- Господин Главный аврор, - хрипло, с ехидцей заметил он, откладывая палочку. – Какая честь. Тридцати секунд не прошл…

Поттер не стал долго расшаркиваться. В одно мгновение оказавшись рядом, уже без мантии, расплывшейся на ковре шелковой лужицей, он подхватил Северуса под затылок широкой ладонью и поцеловал. Насмешливо кривившиеся губы тут же ответили, к облегчению Гарри, готового вот-вот испытать дежавю и увидеть в обожаемом супруге бывшего профессора. Оба Северуса Снейпа окончательно слились для него, замыкая круг, и это было самым настоящим счастьем.

На автомате запечатав все входы и выходы из комнаты фамильными чарами, будто опасаясь, что Северус сбежит, Гарри прижал его к себе. Тот слабо сопротивлялся, но потом обхватил за плечи, обтянутые форменной рубашкой и затих.

Гарри укачивал его, жадно оглаживал худую спину с выступающими позвонками, длинную шею, проводил ладонью по отросшим волосам.

- Мерлин, ты очнулся, - наконец, сказал он.