— Мужу вашему вы не нужны, отец и брат за вами сюда не дотянутся.

— Больно им это надо!

— Значит, вы вольны делать с собой и не только с собой всё, что душе вашей угодно.

— Уж конечно. Почему я тогда еду неведомо куда на каком-то коне? Ношу какие-то дрянные тряпки? Спору нет, они хорошо сшиты, и хорошо на мне сидят, но я-то привыкла к другому!

— Потому, что так угодно высшим силам? — предложил он вариант.

— Не знаю ничего про высшие силы.

— Наслышан, — улыбнулся он. — Вы немало поразили этим Магнуса Амброджо. Но поверьте, не всё в мире подвластно нам и нашим желаниям.

Я достаточно долго бился головой о стены, пока не принял как данность эту простую мысль.

Она вздохнула.

— Если даже вы, — протянула руку, он дал ей флягу. — А у вас есть дети?

— Есть, трое. У меня даже внуки есть, — усмехнулся он.

— По вам не скажешь.

— Так я маг, не из последних. Хорошо сохранился. Вам, к слову, тоже ваших лет не дашь.

— Это всё ваши ужасные условия жизни, — пробурчала она. — У вас сыновья или дочери?

— Дочь и два сына. Дочь давно и хорошо замужем на материке. Старший сын женат, младший — пока ещё нет.

— А ваша супруга?

— Увы. Умерла в родах пятнадцать лет назад.

— И вы не нашли новую.

— Как-то не до того было.

— И когда мы отыщем эту хрень для господина Лиса, вы отправитесь к детям?

— Господин Лис? Отлично. Намного изящнее, чем прозвал его в своё время я. Но да, вы правы — у меня множество дел, они меня ждут. Господин, как вы сказали, Лис заставил меня дать клятву, но она обоюдоострая — когда условие будет выполнено, мы друг от друга освободимся, и я отправлюсь восвояси.

— А как вы его называли?"

"— Рыжий Червяк. Но сейчас он уже не червяк, нет.

Он не меньше, чем ядовитая змея. Такая, знаете, небольшая яркая змейка, которая так хорошо умеет прятаться, что её и не видно, пока она не набросится и не укусит. Но Лис — тоже хорошо. Кстати, я припоминаю, что вы обещали рассказать некую занимательную историю. Сегодня уже определённо не до того, но завтра и дальше это будет очень нужно.

— Вот прямо нужно?

— Да, чтобы держать вместе наших сотоварищей. Поучения и молитвы им не интересны, а историю они станут слушать охотно, уверяю вас. И служки, и монахи, и моя молодёжь.

Они не читают книг, зато любят байки.

— Хорошо, я подумаю.

— Не бойтесь, вас будут слушать.

— Господин Фалько, я так-то полтора десятка лет преподавала, прежде чем уйти в музей, — сообщила она. — И у меня были не только уроки на двадцать человек, но и поточные лекции.

— Что вы делали? Вы… были учителем? — ну хоть чем-то она его удивила!

— Именно.

— И… чему вы учили?

— Истории и философии.

— Вы учили юных девушек?

— Не только. Всех подряд. И детей, и постарше, и мальчиков, и девочек. И взрослых тоже.