Лосьон, два вида крема для лица — на день и на ночь, и жирный крем для рук, ног и всего, что будет сохнуть. Впрочем, она предположила, что во влажном климате Фаро кожа госпожи Элизабетты не будет такой сухой, как на далёкой родине.

Далее был вопрос о волосах. Лизавета стащила с головы чепец и поплакалась — нужно, во-первых, мыть, а во-вторых, покрасить бы. Госпожа Клара посмотрела на неё как-то по-новому, Лизавета не поняла, в чём там дело, но сказала, что может предложить средство для окраски волос. На первый раз нужно будет покрасить по всей длине, а потом, через месяц и далее, только подкрашивать отросшие корни. Лизавета сказала, что принцип ей знаком, а с частностями она готова знакомиться хоть прямо сегодня. Госпожа Клара рассказала о том, как использовать краску, выдала чашку для того, чтобы отмерить нужное количество, и специальную кисть. И предупредила — держать на более получаса, затем сразу смыть. Всё это необыкновенно обрадовало Лизавету — надо же, есть что-то знакомое и здесь!"

"А под занавес Лизавета спросила, как здесь обстоят дела с декоративной косметикой. Чем глаза-то красить? Госпожа Клара сначала не поняла, а потом изумилась — неужели госпожа Элизабетта готова это делать? Лизавета подумала, что надо потом спросить у Аттилии, в чём здесь подвох, а пока обстоятельно объяснила, что ей хотя бы чем подвести глаза и чем подкрасить ресницы. И для губ, чтобы не обветривались.

Госпожа Клара ушла куда-то в недра лавки, а то и дома — Аттилия шепнула, что её жильё расположено наверху, вон, туда лестница ведёт. А вернувшись, подала Лизавете шкатулку.

— Госпожа Элизабетта, это был мой смелый эксперимент. Наши модницы не оценили, и я хранила его для кого-нибудь вроде вас. Попробуйте, — и придвинула к ней настольное зеркало на подставке.

Лизавета открыла шкатулку, и увидела, во-первых, несколько отличных кистей — и глаза подвести, и тени растушевать, и припудриться. Далее в круглой баночке было нечто чёрного цвета и кремовой консистенции. Она взяла тонкую кисточку и попробовала набрать и провести по руке. Получилось. Тогда придвинуть зеркало поближе и вперёд!

Щеточка для ресниц тут тоже была. Только пройтись, она не на праздник собирается. Порошочки от бледно-кремового до кирпичного цвета легко растушевались на верхнем веке и на скулах. А губы она намазала просто пальцем — структура бальзама это позволяла. А потом взглянула в зеркало.

Вот теперь она похожа на себя, и даже эта чёрная одежда не кажется такой унылой! Расправить воротник сорочки, подтянуть шнуровку… эх, ещё бы голову покрасить, и вообще можно жить! Она повернулась к ожидающим дамам…

— Да, о чём-то таком я и думала, всё верно. А захотите кого-нибудь очаровать, так вот вам. Добавьте на глаза и губы.