Я дернулась, пытаясь вырваться из его объятий, но Кирилл держал крепко.

— Прекратить, — меня чувствительно шлёпнули по пятой точке.

— Отпусти, — прошипела я, повернув голову так, чтобы встретиться взглядом с Баевым. Лучше бы я этого не делала: черные глаза мерцали расплавленным золотом, заставляя подчиняться, слушаться…

Я сжала зубы.

— Нет.

Баев усмехнулся.

— Хорошая девочка, сильная. — И не обращая внимания на моё сопротивление, снова потёрся подбородком о мою макушку. — Только глупая.

— Я…

— Ты научишься меня слушаться. Станешь примерной Луной клана.

— А если нет? — вырвалось у меня. — Если не стану.

— Станешь, — с уверенностью в голосе повторил Баев. — Как только примешь свою вторую сущность.

— Я ведь…

— Ты ведь… — съерничал Кирилл. — Прекращай играть в человека. Я чувствую… знаю твою силу, знаю, какой самкой ты можешь быть.

Разговор прервался, поскольку, преодолев кусты, мы вышли на шоссе… В метрах ста от нас стоял припаркованный внедорожник — Мерседес. Баев уверенным шагом направился к машине.

— Как это …? — я не договорила свой вопрос, опешив от удивления. Как это было возможно: предугадать заранее, где мы выйдем из леса на дорогу и даже загодя поставить здесь машину?

Кирилл довольно усмехнулся.

— Не забивай себе голову, — открывая дверь рядом с водительской и сажая меня на переднее сидение, посоветовал Кирилл.

Он просто открыл машину, не пользуясь ни брелком, ни ключами…. Все было предусмотрено заранее.

— И всё — таки? — спросила я, когда Кирилл, обойдя автомобиль, сел на водительское место.

Баев пожал плечами.

— Обычное прогнозирование.

— Но ведь не ты решал, куда мы побежим, — настаивала я на своём.

Циничная ухмылка проскользнула по лицу мужчины, и я вдруг поняла, что даже там, в лесу, всё решал только он …Кирилл контролировал каждый мой порыв, каждый мой шаг.

Мне сразу стало холодно.

— Неверный вывод, — оскалился Баев. — Сука должна радоваться, что её пара насколько силён и предусмотрителен.

— Да что ты, — съехидничала я.

Баев, ощерившись, слегка наклонился и провёл ладонью по всей длине моей ноги, задержавшись на самом верху, на внутренней стороне бедра. Ладонь Кирилла, вклинившись между моими ногами, дотрагивалась сейчас не только до кожи бедра, но и до другого, более интимного места.

Он наказывает меня сейчас, — догадалась я, чувствуя силу, которая пульсировала в его руке. — Наказывает на сопротивление.

— Сука всегда отрыта и хочет свою пару, — глухо заметил Кирилл. Его рука скользнула с ноги на то место, которое оказалось рядом… Несмотря на моё сопротивление, проникла внутрь.

— Всё ещё сухая, — недовольно скривился Кирилл.

Честно говоря, я вообще не поняла, про что он говорит.