Монета потяжелела и вдруг стала легкой как перышко. Под действием неведомого мне порыва, я прокатила монетку по кулаку. На удивление легко пробежавший между пальцев рубль, оказался у меня в ладошке, фактически прилипнув к коже.

Голопяткин довольно усмехнувшись, в прощальном кивке, одел на голову шляпу. Его окутал черный туман, в нем он испарился. Напоследок осветив меня блеском своих зубов.

Уставившись в одну точку, в место где еще недавно стоял Голопяткин, снова чувствовала, как на осколки разбились мои мысли.

Черт. Он отвлекал меня все это время! Артемий? Я зло стиснула, до скрипа, челюсти. Мы остались вдвоем на пустой сельской дороге, без невидимых преград. Пожирающий сознание бесконечный ночной горизонт - пугал, накладываясь болезненным отпечатком на мыслительные процессы.

Где Искра, любящая появляться неожиданно, когда ее не ждешь? - Всплыл вдруг в моем сознании вопрос. Она же тут постоянно тусуется, сколько раз я здесь не оказывалась, а тут вдруг нету.

Еще один взгляд на Артемия отозвался болью в легких и сердце, но я окончательно пришла в себя. Теперь точно знала - мне нужна помощь и предоставит мне ее Искра. Это мое твердое и окончательное решение! Из под земли шарлатанку достану!

Я ее вызову.

Схватив какой то мелкий камень, я нащупала более менее ровный дорожный участок. Уставилась в пустоту, вспоминая, что там надо нарисовать, дабы берегиня явилась. Она же Искра, как выяснилось. Опустив самый острый край камня на притоптанную землю, прочертила линии.

Надеюсь я все сделала правильно. Где ты Искра, когда так сильно нужна?

В нетерпении, лихорадочно продублировала символ. Если она не слышит мой призыв - нарисую еще один. Поддавшись панике, я изрисовала все вокруг себя, даже не заметив как в пшенице нечто шевельнулось.

Мое внимание привлекло свечение. Вглядевшись, я различила маленькие огоньки, похожие на язычки прохладного пламени. Они игриво проскакивали средь колосьев, приподнимались над полем и снова прятались.

-Искра, это ты? - Осторожно спросила я у огоньков.

Чуть дальше еще несколько светящихся язычков взъерошили колосья. Их стало больше. И теперь мне было сложнее ловить их глазами. Странные огоньки наполнили поле, шустрее перемещаясь с места на место, подпрыгивая, они понемногу приближались ко мне. Их своеобразная игра уже не казалась забавной. Во мне росло чувство, что меня окружают.

Почва содрогнулась от внутреннего толчка и я в ужасе вцепилась в бесчувственного Артемия.

Землетрясение?

Земля дрогнула еще раз и огоньки в поле всей своей толпой взлетели над колосьями, замерев.

У них не было глаз, но во мне росло четкое осознание - они смотрят на нас с духовником. Их общее свечение заполнило горизонт, меняя цвет на красный, образуя своеобразное кровавое зарево над посевами.

Нет.