Очень странное ощущение. Будто я давным-давно съела все конфеты и только сейчас выбросила грязную бумажку.

Сожалений нет, только какая-то легкая грусть, но и она проходит, когда у меня звонит телефон и на экране высвечивается короткое «Влад»

***

Он ждет меня дома. Встревоженный, нервный, но такой смешной, что едва удается спрятать улыбку.

— Как все прошло?

— С переменным успехом, — делаю неопределенный жест рукой, — было неприятно, но вполне ожидаемо. Папа мялся, тетя Лена орала. Ладно хоть Ольги дома не было, а то бы в довершение пришлось слушать ее стоны и истерику.

— Надо было мне поехать с тобой, — ворчит Швецов.

— Нет, Влад. Это моя война. Я должна была сделать это сама, без твоей помощи.

— Глупости. Мачеха бы твоя и не пикнула бы, если бы я пришел.

— Ты что! Она бы висла на тебе, гладила по руке и преданно заглядывала в глаза со словами: нельзя так обижать маленькую Оленьку.

Его передёргивает. Хочу пошутить, что сам себе тещу выбирал, но шутка будет неуместной, поэтому просто целую его.

— Я все равно считаю, что нам надо было пойти вместе.

— Ты думаешь, они бы потом не приперлись ко мне для приватного разговора? Конечно, приперлись бы, а так, сразу обрубила все концы. Неприятно, но жить можно. Еще бы Ольгу окончательно отшить, и все было бы замечательно.

— У нас и так все будет замечательно. Я заказ твои любимые роллы. Будем отмечать. — тут же грозно добавляет, на тот случай если я воодушевлюсь его речами, — ты будешь пить минералку!

— Как скажешь, капитан.

Наш дальнейший вечер проходил под девизом «вкусно и откровенно». Перезагрузка по всем фронтам. Мы ели роллы, смотрели какой-то старый фильм и разговаривали. Много, о разном. О том, что было после разрыва. Как жили, с кем встречались, что вспоминали. Местами было больно, но боль сменялась теплом, когда приходило понимание, что сейчас мы откровенны друг с другом, как никогда.

Еще мы много обнимались и целовались. Потом Швецов долго рассматривал мой живот и прислушивался:

— Думаешь, он тебе сейчас скажет: батя привет?

— Он?

Я жму плечами. Почему-то мне кажется, что это пацан. Его дала мне судьба вместо той девочки, уехавшей на красном экспрессе.

Где-то в груди колет. Горячо, отчаянно. Мне приходится, отвернуться, чтобы Влад не заметил предательский блеск в глазах. Этой болью я не хочу с ним делиться. Она моя и останется со мной навсегда, как напоминание об ошибках, о том, что можно потерять в погоне за мечтой.

— Может прогуляемся? — предлагаю ему, когда все уже съедено и фильм закончился. На дворе хороший вечер, затянувшаяся зима выплеснула последнюю порцию снега и отступила. В воздухе витал сладкий аромат весеннего обновления.

— Как хочешь, — Влад жмет плечами, задумчиво водя пальцами по моей руке.

— Хочу, — мне действительно надо пройтись.