А еще был отчетливо слышен детский смех, ребенок звал папу, хотел ему что-то показать, а я шел на голос, зная, что зовут меня.

Проснулся, не сразу понял, где я, солнце заливало лучами спальню, шея затекла, кровать пустая, оперся руками о колени, потер лицо, оброс как шакал, побриться хоть надо. Пошел искать Лиану и остановился в проеме кухни, чувствуя запах кофе и еды, а потом уже увидел девушку.

На ней была моя рубашка, девчонка тянулась до средней полки за банкой, ступни голые, встала на цыпочки, ткань поползла вверх, обнажая бедра. На них видны ссадины и синяки, поморщился.

Не помню, когда последний раз, в какой жизни я просыпался с женщиной, мы были одни, а она готовила в моей рубашке завтрак.

Лиана достала что хотела, открыла, понюхала содержимое, чихнула, а я улыбнулся. Но вот девушка замерла, обернулась, отошла в сторону, прячась за стол.

– Доброе утро, – заправила волосы за ухо, прикусила губу.

– Что ты делаешь?

– Завтрак. Рано утром тошнило, а сейчас жутко захотелось есть.

– Что ты приготовила?

– У дверей стоял пакет с едой, а это омлет с помидорами и сыром, еще кофе и тосты с джемом.

Здесь очень много техники, с плитой кое-как разобралась.

Подхожу ближе, хочу коснуться ее, просто почувствовать, что она настоящая, что она вот сейчас со мной, мы так мало общались. Может быть, пора начинать быть снова человеком, а не зверем, как все считают?

– Вы будете омлет?

– «Ты», называй на «ты», меня зовут Мурат.

– Я знаю.

Что-то изменилось в ней, во взгляде – сейчас, в этом помещении и между нами. Меня не гнетет прошлое, я просто хочу говорить с ней, слушать, прикасаться.

– Я такой подонок, да?

– Нет.

– Не обманывай.

– Я не обманываю. Подонки – они другие.

– Встречала?

– Да.

Подняв руку, тянусь к волосам, но вместо этого резко подхватываю под ягодицы, усаживаю на стол. В ее глазах отражается солнце, зеленые, ядовитые, немного волнения.

– Не бойся.

– Это трудно.

– Я не сделаю больно.

Веду костяшками по скулам, задевая губы, смотрю только на них, в горле пересохло, сглатываю ком. Вздрагиваю, когда Лиана касается моих плеч, ладонь прохладная, но в груди от этого разливается горячая, огненная лава.

Делаю что хочу, большее не сдерживая и не контролируя себя.

Целую, сминая мягкие влажные губы, привкус сладкого, глотаю ее стоны, хочу до одури эту девушку. Задрав рубашку, трогаю гладкую кожу, теплая, нежная, мну ягодицы.

Рубашка летит в сторону, теперь она голая, на кухонном столе, губы зацелованные, щеки горят. Отойдя на шаг, любуюсь, расстегивая джинсы, спускаю их вместе с бельем, член стоит, сжав головку, провожу по нему несколько раз.

Лиана смотрит вниз, на мои движения, тяжело дышит, губы приоткрыты, соски просят моих ласк.