Хасанов сидит в кресле, мы все трое в незнакомом для меня помещении, наверное, комната отдыха охраны. Мужчина сидит, закинув ногу на ногу, чуть склонив голову, губы поджаты, он глубоко дышит, раздувая ноздри, чем-то недоволен.

– Рав, выйди.

– Хасан, вот не время ее трахать.

– Выйди.

Не глядя на своего помощника, а только мне в глаза. Что вообще он тут делает? Там невеста, надо кружить около нее, а хозяин лично спустился на дно, чтоб поговорить с прислугой?

– Хасан, ну правда, давай узнаем, что с ней случилось, и пусть идет драить унитазы."

"Мне показалось, или Равиль все это говорил специально?

– Эй, ты как? Еще водички?

Мужчина тянет ко мне руку, но его останавливает грозный окрик.

– Рав, сука, ты слов не понимаешь? Вышел отсюда.

Шаги, хлопок двери, вздрагиваю.

Я снова наедине со зверем, но уже при свете дня.

Глава 26

До рези в глазах вглядываюсь в оконный проем, слез уже нет, да и от сердца как-то отлегло. Темно, тихо, я снова в доме Хасанова, в своей комнате, постоянно прокручиваю в голове событие прошедшего дня.

Мы остались в кабинете Равиля Тимуровича вдвоем, Мурат был серьезен, смотрел в глаза, но никакого сексуального подтекста, зря Равиль так пошло шутил, словно дразнил дикого зверя.

Я начала говорить – быстро, подбирая слова, стараясь не плакать, понимая, что это мой шанс – увидеть отца, спасти его, соседке я отказывалась верить.

– Что случилось?

– Мой отец, он в городе, он болен, зависим от алкоголя и игроман, проиграл очень много, взял кредит, я хотела…

– Продать себя и заработать?

Прикусила губу, я помню его слова, пусть будет так, продалась задешево, но это не его дело.

– Да, так вышло, но денег я все равно не увидела, так что можно сказать, отдалась даром, – мои слова были пропитаны сарказмом и горечью, Хасанов лишь сжал кулаки, огромные, костяшки, как всегда, сбиты, на них корочки запекшейся крови.

 – Дело сейчас не в этом.

– Дальше.

– Вы разве не знаете…

– Я все знаю, дальше.

– Я сбежала, когда в дом пришел человек напомнить о долге, сказал, что может взять меня. Хотела уехать в другой город, далеко, чтоб начать жизнь заново, но убегать вечно не получится, знаю это. Соседка дала телефон, я позвонила, так попала в этот дом. Отец остался один, мне нужно его проверить, тетя Люба говорит, что он…

Дальше не могла выговорить слова, вытерла вспотевшие ладони о подол униформы, Хасанов молчал, это напрягало, но я не могла отвести взгляда от его глаз.

Мы в первый раз за все время нашей связи были вместе, днем и просто смотрели друг на друга.

Крупные черты лица, морщинки у карих глаз, густые ресницы, ухоженная борода, я помню, какая она на ощупь, немного колкая. На голове стали отрастать волосы, сейчас он не такой лысый, как был несколько недель назад.