Сейчас со мной за столом вторая, более общительная, парни шутят, когда нет Азизовны, меня это отвлекает.

– Луиза Азизовна, ну чего вы так пугаете девчонку и так загоняли, она вот бледная какая и круги под глазами.

Самый разговорчивый и улыбчивый из всех Валера, он новенький, так же как и я, еще не совсем привык к укладу этого дома и правилам поведения. А правила просты: много не разговаривать, не смотреть по сторонам, не задавать вопросов."

"Их соблюдать несложно, тем более в моем положении это практически идеальные условия. Жалею лишь о том, что не могу позвонить отцу или соседке узнать, как он.

Азиза ничего не ответила охраннику, посмотрела на миниатюрные золотые часы на запястье, потом на экран телефона. Напарник Валеры пнул того под столом ногой, я взяла ложку, посмотрела в окно. Садовник что-то рассматривал под ногами, потом присел, скрывшись из виду.

– В этом доме не так много правил, и если вы не объясните своему коллеге о необходимости их соблюдения, то я буду вынуждена доложить хозяину о его болтливости и некомпетентности.

Слово «хозяин» произносится с придыханием и поклонением. Я здесь уже четыре дня, завтра истекает испытательный срок, и мне нужна эта работа. Я ладони до волдырей натерла, надраивая щеткой до блеска три душевых кабины, выложенные натуральным мрамором.

Они новые, кое-где даже есть фирменные наклейки из магазина, но все должно сверкать, блестеть, хром отполирован, хрусталь в люстрах быть прозрачным как слеза младенца, а пол из натурального дерева без единой пылинки.

– Я понял вас, Луиза Азизовна, не надо ничего говорить Мурату Руслановичу, я поговорю с парнями.

Валера притих, уткнулся в тарелку, улыбка сошла с лица, а из моих пальцев ложка упала уже на пол, громко загрохотав по кафелю. Я застыла на месте, а в это время за окном садовник поднялся, рассматривая на расстоянии вытянутой руки тушку мертвого животного.

Так и сдохли и уже начали разлагаться под ворохом прошлогоднего перегноя мои надежды, которые я возлагала, что это все-таки не дом мужчины, которому я продала свою девственность за пятнадцать тысяч, хотя все говорило именно об этом.

– Лиана? У тебя все в порядке со здоровьем?

Не хватало еще, чтоб меня выгнали взашей за профнепригодность и не допустили чистить унитаз, на котором справляет нужду хозяин, из-за того, что роняю ложки. Но как бы это было не поразительно, мне здесь спокойней, чем в городе, за высоким забором этого странного пустого дома.

– Да, я уже закончила, спасибо, Вартан, было очень вкусно.

– И я прошу делать свою работу качественно, это всех касается, хозяин совсем скоро возвращается.