Следующую партию Катерина обещала привезти через две недели. За изделия Афанасий Прохорович расплатился полностью, а на прощание девушка угостила его халвой.

Когда Катерина с ребятами вернулись к Алене, ее стол уже пустовал. Ярмарка в самом разгаре, а они все распродали!

Довольная крестьянка высыпала на руку барыне монеты на сумму пять золотых. Катя выдала по десять серебряных всем, кто приехал с ней.

— Но как же так, барышня?! Это же ваши деньги! — недоуменно посмотрела сначала на монеты, потом на хозяйку Алена.

— Вы же вольнонаемные. А получить плату за свой труд имеет право каждый.

— Спасибо, барыня! — расчувствовалась женщина и, всхлипнув, поклонилась Кате в пояс.

— Иди уж, — улыбнулась девушка, сама стараясь не разреветься.

Пока остальные тратили заработанное, баронесса попросила Захара доехать до банка, чтобы положить на счет деньги, вырученные в лавке у Афанасия Прохоровича, — а это ни много ни мало сто золотых! Серебряные оставила, намереваясь расплатиться за помощь в изготовлении сладостей с девушками. Те смогут отложить их для приданого.

Закончив с делами, Катя решила выезжать домой, пока дорога не слишком перегружена.

Но Захар, помявшись немного, набрался смелости и протараторил:

— Барышня Екатерина Львовна, наш сосед барон Владислав Парамонович Кротов привез на продажу сегодня стулья и столы. Мебель-то в усадьбе вся старая, боязно на стул сесть. Может, глянем?

Это было сказано с такой надеждой, что девушка не смогла отказать. Они прошли к концу рынка: именно там, ближе к выезду, располагались ремесленники, торгующие мебелью, древесиной, отделочными материалами. Среди них Катерина приметила темноволосого мужчину с красивой фигурой, о чем-то беседующего с крестьянами.

Внезапно он, словно почувствовав ее внимание, резко обернулся и глянул карими с зелеными крапинками глазами.

У девушки перехватило горло.

«Что за напасть? — подумала она. — Впервые вижу человека, а такое ощущение, будто знаю всю жизнь».

Мужчина подошел ближе.

— Желаете что-нибудь приобрести? — спросил бархатным голосом, от которого по коже Кати побежали мурашки. Уголки его пухлых губ дрогнули, складываясь в заинтересованную улыбку.

«Почему такая непонятная реакция на совершенно незнакомого человека?!» — разозлилась на себя Катерина.

А сердце продолжало лихорадочно колотиться, словно мужчина нежно коснулся потаенных струн души.

Глава 27

Три сумасшедших дня ярмарки наконец-то закончились. Можно было выспаться и не вставать раньше, чем петухи пропоют утреннюю зарю.

Пока Катерина с мужчинами торговала, девушки под руководством Клавдии готовили лакомства. К счастью, те быстро раскупались, хотя цену на них поставили высоковатую по сравнению со сладостями других купцов.