если это будет в его интересах? Как мне решиться завести с ним настоящую семью, как мне решиться хотя бы даже всерьез подумать о детях, когда я не знаю, что он сделает с ними.

Допустим, мальчики окажутся в относительной безопасности... а девочки? Что если Герман решит пожертвовать нашей дочерью ради какого-нибудь важного политического союза с другой стаей? Что тогда???

Чувствуя себя разбитой — как будто всё, что я выстраивала вокруг себя последние пару дней, разлетелось в осколки, я спрятала лицо в ладонях и громко зарыдала.

Мне казалось, что из этой ситуации нет выхода. Просто нету!

Какой-то лабиринт, где на каждом углу тебя поджидает не Минотавр, но Двуликий Оборотень.

Всесильный Альфа..."

"— Альфы не считают себя всесильными, — раздался рядом со мной спокойный мужской голос. — Они как никто другой знают, насколько они уязвимы.

Спокойствие, исходившее от говорившего, насколько меня ошарашило, что я отняла руки от лица — и ошеломленно повернула голову в его сторону.

Одетый в черный классический костюм мужчина восточной внешности сидел на скамейке рядом со мной. Он показался мне смутно знакомым... как-будто я его уже видела где-то...

Всё возможно. Мурманск — не очень большой город, а такая живописная внешность явно привлекает внимание... Да ещё этот дорогой деловой костюм, с галстуком, в которых прослеживалось арабское золото.

Я понятия не имела, почему золотые полосы на его галстуке мне напоминали именно арабское золото, и как арабское золото отличается от любого другого... эта мысль просто всплыла в моём мозгу и так т осталась в нем как что-то, в чем я была абсолютно уверена.

— Ты хорошая девочка, Наташа, — протянул тем временем незнакомец, обратившись ко мне так, будто знал меня очень хорошо. — Когда ...они остановили свой выбор на тебе, я сомневался. В тебе нет крови двуликих, ты не знакома с нашими законами. Но они оказались правы. Матери всегда смотрят сердцем, не так ли?

Он усмехнулся и покачал головой.

— Ты всё сделала правильно. Не любишь оборотней, но решила пожертвовать своей жизнью ради других.

Я не очень поняла, о чем он сейчас говорит. А потом вспомнила свои мысли тем утром... когда решила, что я остаюсь в стае.

«Откуда он знает об этом?»

Всё ещё не понимая, кто это сидит рядом со мной и откуда ему стали известны мои мысли, я покачала головой.

— Я делаю это в память о вырастившей меня бабушке. — Ответила я мужчине.

— Не в бабушке дело, но в любви, которую она в тебя заложила, — усмехнулся тем временем мой собеседник. — Разве ты думала о долге бабушке Наташе, когда принимала решение остаться навсегда в стае? Ты думала о семьях, которые могут пострадать; о детях, чья жизнь может измениться к худшему, если с их Альфой что-то произойдет.

Мужчина покачал головой.