Была уверена — это моя последняя и главная битва.

— Где ты?! — крикнула, усилив голос магией. Стянула с головы косынку и, вынув заколки, распустила волосы. — Я пришла.

Сделала два глубоких вдоха и сжала кулаки, набираясь решимости. Шагнула в стену, не позволив себе закрыть глаза.

Внутри было туманно и холодно. Озноб пробежался вдоль позвоночника, но не заставил сойти с пути. Ну, уж нет, только не теперь. Моя цель близка. Верила в это всей душой.

— Я здесь! — крикнула снова.

Осмотрелась по сторонам. Прищурилась, всматриваясь в туманную мглу. Ее клубы зашевелились, как будто ожили. Пространство рядом со мной пришло в движение, и то, что прежде было туманом, начало принимать четкие очертания. Мои ногти непроизвольно впились в ладони. Эта слабая боль позволяла убедиться, что все это не сон и не видение. Тот, кого вижу сейчас, реален.

— Макий?.. — спросила осторожно.

Он был одновременно тем, каким помнил его Светлый мир. И тем, каким запомнил его мир драконов. Черты лица старца менялись, то пугая, то заставляя пожалеть старца. Он выглядел изможденным и невероятно усталым.

— Ты узнала меня… — Голос был тем самым, что являлся ко мне во снах. — Я так долго ждал тебя.

Еще не зная точно, что произошло много лет назад, я предположила, что каким-то неведомым образом Макий стал узником стены.

— Как ты оказался здесь? — спросила, не решаясь прикоснуться к старцу. — Почему?

— Ох, светлая… — вздохнул он, с трепетом глядя на мои волосы. На несколько минут его лицо перестало преображаться. На нем застыло усталое, но доброе выражение. — Я столько всего натворил…

Он сокрушенно покачал головой. И вдруг съежился, как будто его тело скрутило сильнейшей судорогой.

— С каждым днем он становится сильнее, — выдохнул Макий, с трудом распрямляясь. — Пожирает меня и все прекрасное, что есть вокруг. Он не успокоится, пока не поглотит добро.

— Кто «он»? — требовательно спросила я.

— Демон… — охнул Макий. — Я призвал его… И уже много столетий жалею об этом.

— Призвал для чего? — Каждое слово, каждую фразу приходилось вытягивать из старца чуть ли не клещами.

— Драконы, ох… — Он схватился за грудь обеими руками, как будто надеясь вырвать из нее то, что разъедало его изнутри. — Я ошибочно думал, что они мешают Светлому миру развиваться. Но оказался не прав. Я хотел лишь сделать так, чтобы они жили своей жизнью и не лезли к людям. Но демон имел свои планы. Моя злоба и ненависть подпитали его. И все же не настолько, чтобы уничтожить мир полностью. Его хватило только на создание стены, его вотчины, в которой он живет. Питается враждой и взращивает ее во всех, кто его окружает. Редко в ком из людей и драконов нет ненависти и презрения друг к другу. Только избранные могли миновать демона и при этом не возненавидеть Свет. Такие, как ты, Дарья.