- Она просто душка! – предупредили меня, чтобы я не умерла от восторга.  За портьерой послышался скрип половиц и сдвигаемых вещей. Я сделала глубокий вдох, приготовившись увидеть самый красивый цветок на свете. Я почему-то была уверена, что он розовый, как пирожное. Может быть, даже перламутровый. И обязательно очень душистый, как мамины духи."

"Однажды я нашла флакон маминых духов. В них почти ничего не осталось, но она бережно хранила их в ящичке. Там же почему-то лежали странные вещи. Платочек с красивой буквой «В», деревянная пуговица и сухая роза.

- Вот! – внезапно показали мне горшок в котором торчало что-то похожее на сухой корешок с иголками. Над всем этим торчал огромный цветок, напоминающий внутренности сбитого каретой голубя. Запах был такой, словно от грязного алкоголика в ночлежке.

- Ой, - выдохнула я, боясь вдохнуть еще раз. – Мамочки!

- Скажи, красота?! Да?! Ну где ты еще такой увидишь! – любовно вздохнул садовник, гладя лепестки.

Они шевелились, словно живые. И я с удивлением уставилась на эту картину.

- А можно я его поглажу! – спросила я, глядя на обветренное лицо садовника, который стоял спиной к окну, пока я осторожно протягивала руку к цветку.

- Ой! Он шевелится! – ужаснулась я, при этом испытывая удивительный восторг. – Я его глажу, а он шевелится! И, кажется… Ой!

Я резко отдернула руку, чувствуя, как шип сам проколол мне палец.

Капелька крови, оставшаяся на шипе, тут же всосалась, а цветок зашевелился.

- Ты там с ним поосторожней, - усмехнулся садовник. –  Я вот думаю, как бы его засадить!

- Ой, он, кажется, подрос! – ужаснулась я, глядя как жадно цветок впитывает кровь.

- Вот! То-то и оно! – вздохнул садовник, как вдруг я услышала странный шум за домом. Я вышла из дома, видя, как та самая таинственная тень прячется за кусты.

Я решительно сделала шаг вперед, но меня резко качнуло назад. Кружево корсета лопнуло, а я рванула платье на себя, слыша, как рвется роскошная юбка.

- Мышь волосатая! – выругалась я, сгребая юбки и рассматривая дыру и порванное кружево. Из-за него корсет сполз чуть на бок.

- Ничего страшного, - успокоила я себя, собирая юбку руками и гневно глядя на торчащие гвозди. По дорожке, ведущей от роскошных ворот к дому шла… наша экономка.

Она напоминала строгую учительницу. Отлаженные воротник, суховатая фигура и осанка, словно она проглотила грабли. Все это венчал на голове огромный старомодный начес. В ее руках был чемоданчик.

- И как тут поживают мои тражиры и моты! Все деньги умудрились потратить? Или что-то осталось, пока я уезжала к родственникам?  – воскликнула она очень строгим голосом.

Я вышла из-за кустов, видя, как экономка достает старомодное пенсне и прикладывает его к носу.