— Госпожа ведьма, вы помощь сегодня обещали, — обратилась она ко мне.

Ага, значит, сегодня она всё же приходила.

— А мне не к кому больше обратиться, кроме как к вам. Устала я. Не могу больше… вы моя последняя надежда! — всплакнула девушка, а у меня даже сердце сжалось от жалости к ней. Насколько горьким голос её прозвучал.

— Что случилось-то? — спросила я, отставляя чашку с чаем в сторону и сосредотачиваясь на словах девушки.

— Я слышала, вы отпор ему дали, госпожа ведьма. Потому и затаил он на вас обиду! Людей настраивает. Но вы же не первая, к кому он… ну… Он и ко мне… — всхлипнула она. — Первый раз мельник ему помешал, пришёл не вовремя. Второй мне чудом сбежать удалось. Так, он сегодня… — совсем разрыдалась она, так и недоговорив.

А у меня непроизвольно сжались пальцы в кулаки. Рассказ оказался сумбурный, но и этого было достаточно, чтобы в душе зародилось желание отомстить за бедняжку.

— Не плачь, родная, — приобняла девушку за плечи Ярина. — Расскажи госпоже ведьме, про кого говоришь. Что ему надобно-то от тебя?

— Да знамо что, — подала голос Афдосья. — Тела молодого. К близости её принуждают, чего уж тут неясно-то.

Ярина аж охнула, прикрывая рот ладошкой.

— Кто? — спросила я, уже зная ответ.

— Староста. Агафий. Госпожа ведьма, помогите! Прошу вас! Не на кого мне больше рассчитывать! Батенька не верит, глупости говорю, считает. А суженного у меня нет, не мила я с сыпью этой проклятой никому. Некому защитить! — кинулась мне в ноги она, но я тут же начала её поднимать.

— Тише-тише, — ответила ей. — Услышала я тебя. Помогу. Обещаю. Останешься пока у меня, на время. Я придумаю, как тебе помочь, — добавила я, понимая, что готова прямо сейчас отправиться в деревню и собственноручно старосте в глаз дать. А может, чего ещё похуже сделать.

Нелюдь! Самый настоящий! Вот уж от кого все беды. От гнили этой!

Больше расспрашивать девушку ни о чём не стали. Уложили спать, а сами собрались у стола, обсудить ситуацию.

— Так-то против старосты лучше б не идти. Житья не даст, — произнёс кот, а я недовольно поджала губы. — Но и оставлять всё так нельзя, — тут же добавил он, понимая, что отступать я не собираюсь.

— Вот именно, Кузь. Насколько я поняла, он и к Злате приставал. А та ему дала отворот-поворот. Вот он на неё и разозлился. А ты говоришь, не насолила ничем.

— Да кто б знал. Я-то уж больше с Лучезарой был. За внучкой её периодически приглядывал, но не постоянно, — начал оправдываться он.

— Но староста, конечно, даёт. Полезть под юбку к внучке ведьмы — это надо как в себя поверить… — покачала я головой.

— Так, кто б знал, что Злата внучка, — отозвался Федя. — Жила-то она отдельно от Лучезары. Никто и не ведал, что у неё есть кто-то.

— Специально так было сделано. Чтоб жизнь у Златы нормальная была.