На ведьму мало смахивала, но три шишки на лбу не добавляли привлекательности. Так что можно было бы, конечно, и за ведьму принять.

Впрочем, это было не так уж важно сейчас. Важнее то, что это было не моё тело.

— Что происходит? — кажется, в четвёртый или пятый раз за день спросила я.

— Эк её приложило, — посетовал кот. — Видать, вчера хорошо ей досталось.

— Да её попинали всего-то чутка. Чего ведьме-то сделается… — покачал головой домовой, а я сделала глубокий вдох.

— Я не ведьма, — вздохнула я. — Меня зовут Злата. И я не знаю, как оказалась в этом теле! Вы можете, наконец, объяснить мне, что происходит?

В избе вмиг стало тихо. Кот с мальчонкой смотрели на меня не отрываясь. Да так долго, что начали раздражать. Если бы мне не нужны были от них ответы, я бы точно психанула и ушла. Но я терпеливо ждала хоть чего-то.

— Да не может быть. Внучка Лучезары, конечно, мышь мышью была. Но что б от тумаков помереть… — протянул кот, с интересом разглядывая меня.

— Да не в этом, похоже, дело. Сила Лучезары, видимо, выбрала другую душу, которой служить будет. Вот и поменяла одну Злату на другую, — почёсывая подбородок, протянул домовой. — Интересно. А ты… откуда будешь-то, хозяюшка? — спросил он.

— Из Москвы я, — буркнула в ответ, а сама пыталась разобраться в том, что эти двое обсуждают. Но оказывается, не стоило стараться. Кот, наконец, решил расщедриться на объяснения.

— Злата, ты главное не волнуйся. Так уж получилось, что сила ведьмовская тебя выбрала. Душа у тебя, вероятно, сильная, выносливая. Вот и призвала в наш мир, в тело внучки почившей ведьмы. Что б, так сказать, без проблем ты силу эту приняла, — пояснил кот.

— Очень смешно, — вздохнула я, поднимаясь с пола и отряхиваясь. И снова нахмурившись, видя совершенно не свои руки. И как я раньше-то не заметила? Тело совершенно не моё. — Не знаю, кто там и чего выбрал. Возвращайте меня назад.

— Да как же мы вернём-то тебя, — вклинился в разговор домовой. — Во-первых, не мы тебя сюда переместили. А во-вторых, время поджимает. Надобно наследство принять уже. А то быть беде.

— Какое ещё наследство? — опешила я. — Ты про эти ваши ведьминские силы?

— Да нет же. Их ты уже приняла. Вон как глаза золотом отливают, — кивнул мальчишка, а я снова схватилась за зеркало, вглядываясь в него. И в самом деле увидела, как периодически нет-нет да глаза становятся будто светлее, отливая золотым бликом.

— Про перевал он. Лучезара им одно время занималась, когда молода была и сильна. Но после забросила. Надобно восстановить его. А то того гляди развалится. По нему уже давно никто не ходит, не дело это. Люди перестали через него путь свой держать, он зачах. Гиблым теперь кличут. А ведь раньше он почти неделю пути сокращал, прямичком меж высоких гор шёл. Сейчас лишь овраги да расщелины.