— тут я задумалась, может принято ежедневно отчёты о хозяйстве давать? А я не делаю это.

— Полочки очень хорошо. Давай так, я сейчас закончу на сегодня работать, отдыхать пойду, а ты принимайся за уборку. Только не уходи никуда. До конца уборки здесь будь. И смотри, чтобы ничего не испортили из бумаг, не выбросили. Мало ли по незнанию. — а ведь он прав. Здесь самое важное место. И надо внимательно и аккуратно хозяйничать.

— Мессир Жакоп, я ещё спросить хочу, можно ли на кухне тоже полочки приладить, под посуду, не нравится мне, что на полу всё. — а про себя я думала, ладно мусор и пыль, а мыши? Разносчики заразы, да после них всё стерилизовать надо.

— Если надо — я не против. Ты очень экономна всегда, а деньги тратишь с большим умом. — в его словах была гордость, а во взгляде теплота. И да, это похвала меня порадовала.

— Ты ещё пересмотри свои наряды, хотя откуда у тебя наряды. Закажи себе для поездки пару платьев. Остальные в столице прикупишь. Скажи Старой Марте, что я велел тебя приодеть, чтобы по моде сшила — как интересно, я только утром про это же думала.

— Спасибо за Вашу щедрость, мессир Жакоп. Мне ещё в одном вопросе помощь нужна, кроме Вас и обратиться не к кому. Я совсем не помню какие деньги входу — раз я трачу его деньги, должна знать их номинал.

— Пресвятая Дева, и это забыла? Ничего, вот смотри. — из нескольких мешочков, что стояли на столе, он достал небольшие округлые монеты и начал рассказать.

— Вот это золотой, его можно равноценно разменять на сто серебрушек — и он отдал мне обе монетки, для изучения.

— В одной серебрушке сто медяков — и опять монетка перекочевала ко мне. Осталось узнать примерные цены на продукты и можно считать, что финансово я подкована.

Обсудив детали предстоящей уборки я отклонялась и пошла собирать народ."

"Жакоп Риччи смотрел вслед и внутренне ликовал. На старости Пресвятая Дева послала ему радость. Вновь ощутить себя отцом и наблюдать как подрастает чудесный ребёнок. Несмотря на пережитую в детстве гибель родителей, Натале постепенно оттаяла. И всё меньше в ней подросткового упрямства. Она заметно повзрослела и кто знает, может скоро и замуж согласится, а там внуки. Вот тогда и можно уходить, когда его радость будет пристроена. Он тепло улыбнулся и отправился в свои покои.

Сегодня приборка давалась нам легко — впору наниматься в соседние дома, настолько мы приловчились. Стол мессира Жакопа, вместе со всем содержимым я накрыла чистой большой тряпкой. Так мне спокойнее, что ничего не смахнут, не растеряют.

Стены обмели влажной тряпкой намотанной на щётку, ковёр вынесли стирать, пол тщательно вымыли. И оставили всё просушиваться.

А уже вечером, вспоминая разговор с мессиром Жакопом я задумалась. Мы едем в столицу на две-три недели.