На любопытный взгляд Клары, глубоко вздохнув, поведала, что не знаю как принарядиться. И тут мне помогла Ванда — одна из служанок.

— Посмотри в своих сундуках. Главное, не одевай зелёное, как в прошлый раз. — потом немного смутилась и продолжила — с храмовниками лучше не ссориться.

Ничего себе! Я и этими ссорилась?

— Ванда, я и сейчас не понимаю, зачем тогда так сделала — и уставилась в стол, всем видом показывая своё раскаяние. А вокруг поднялся гул воспоминаний, из которых я выяснила следующее.

В храме зелёный цвет могут носить только служители культа. Это из-за маслин, оказывается, только храмовники раньше имели право производить масло. Сейчас ситуация изменилась, но традиции в одежде остались. А я зачем то в прошлый раз надела именно зелёное платье. Чем сильно разозлила храмовников, и меня попросили удалиться со службы.

Совсем глупый поступок с моей стороны. Стыдно даже не за юношеский максимализм, а за переживания мессира Жакопа. Ему наверняка первому попеняли.

Ещё раз глубоко вздохнув, я решила попросить Ванду помочь мне с выбором платья.

Выбор платьев в моих сундуках был не большой. И все приглушенных тонов. Мы остановились на коричневом, в качестве украшения выбрали светлую шерстяную накидку. На голову — свежий чепец.

Служба начиналась не рано, мы как раз успели позавтракать. И конюхи принялись запрягать лошадей в карету. Когда всё было готово, Стефания сбегала к мессиру Жакопу, он кряхтя спустился и мы сели в карету. Служанки пошли пешком.

Первое, на что бросил взгляд мессир Жакоп — на мой наряд, и довольный кивнул. Карета, это по простому две лавки а посередине, на полу грязный плетёный коврик. Всё это закрыто крышей. Но трясёт нещадно.

— Натале, после болезни я тебя не узнаю — при этих словах я внутренне напряглась.

— Ты стала спокойной, рассудительной, не кричишь на прислугу. Как будто разом повзрослела. Не расскажешь, откуда такие перемены? — и он легонько погладил мою ладошку.

Значит всё таки придётся рассказать про потерю памяти, хотя бы частичной.

— Я не знала как Вам сказать. Я ведь после болезни не всё помню из прежней жизни. Вот например, смотрела на Битти, знала что знакома с ней, а имя не помнила. — здесь я тихонько всхлипнула.

— Пресвятая Дева, что же ты мне сразу то не рассказала. Я всё смотрю и не узнаю тебя. А ты оказывается ещё от болезни то не отошла. — он по видимому серьёзно встревожился, заерзал, и замолчал, что то обдумывая.

— Я скоро в столицу с отчётами поеду. Возьму тебя с собой. У нас то лекарей нет, одна только травница. А в столице тебе возможно помогут. И не ворчи. Ты ещё до болезни со мной собиралась, говорила, что надо прикупить чего-то для хозяйства — сейчас я задумалась. Лекарей я не боюсь, заодно уровень здешней медицины оценю.