Приведи себя в порядок, глядеть на тебя противно. У нас не самый дешевый клуб, мы работаем в центре. На билет рубли наскребаешь? Накопи на краску и шампунь!

Администратор опустила голову."

"– Понесло меня! Иногда я не владею собой. Климакс замучил! Да и день трудный выдался, за троих бегала. Только выдохнула, глядь, Вера по коридору на выход шкандыбает со своей дурацкой торбой! Идет, улыбается! Ну я и сорвалась! Сначала по ее внешности прошлась, затем припечатала: «Федина не знает, как от тебя отделаться! Не нужны ей торты, она их отдает Вальке-уборщице!»

Елена пнула носком туфли камушек, который лежал около скамейки, на которой мы с ней сидели.

– Высказалась от всего сердца. И вдруг мне нехорошо стало. На душе муторно. Вера стояла молча, я хотела уйти, да ноги не шли. Ну, думаю, сейчас она меня обзовет, в лицо плюнет. И права будет. Я ей нахамила не по-детски, но Арамакина себя по-другому повела, сказала: «Еленочка, спасибо вам за вразумление. Сама понимаю, что надо за себя взяться, а сил нет. Вы со всех сторон правы, у меня около дома есть магазинчик, там за скромную сумму можно несколько вещей купить: блузку, юбку.

И я не нуждаюсь. У меня был прекрасный муж, но он умер. Детей у нас не было, сейчас я живу одна. Для кого мне наряжаться? Работаю на дому, тексты всякие правлю. В офис не хожу, зарплату на карту переводят. Одна радость – концерты Аллочки. А насчет туфель, запаха пота и длины платья…»

Администратор сгорбилась.

– Она юбку приподняла. А там! Протез! От колена. Железка, вроде как голень, внизу ботинок.

Елена замолчала.

– Неприятная ситуация, – пробормотала я, когда пауза затянулась.

– И не говорите, – вздохнула Елена, – я не знала куда от стыда деться.

Кабы Вера на меня наорала, по башке глупой меня сумкой огрела, мне бы легче стало. А она тихо продолжала: «Я Баба-Яга – железная нога. В ДТП не попадала, родилась такой. Все детство в больницах провела. Я росла, искусственную ногу менять приходилось. Очень стеснялась своего уродства, боялась с кем-то подружиться, знала: замуж никогда не выйду. И вдруг встретилась с Анатолием Евгеньевичем, вдовцом, без детей. Прожила с ним счастливо, сейчас я обеспечена и квартирой, и деньгами, но супруга нет. Для кого мне марафет наводить? Но когда вы меня вразумили, стыдно стало. Слабое оправдание: я ношу длинные юбки, потому что до сих пор стесняюсь протеза. Вот и закрываю его. В интернете видео женщин выкладывают: идут в шортах, вместо одной ноги протез. Спортсмены на протезах бегают. А мне неудобно. Народ пальцем показывать будет, шептаться. Я стесняюсь своего уродства. Спасибо, Елена Яковлевна. Возьмусь за себя! В следующий раз приду, вы меня не узнаете. Постригусь, покрашусь, платье новое надену, сумочку симпатичную куплю. Вот обувь сменить не могу, она к протезу приделана.