Не знаю, можно ли назвать это громким словом “встречаться”, но несколько раз мы с Даней видели их поцелуи… Значит, теперь Назар решил всё оборвать? И судя по состоянию Леси, сделал это весьма жестоко…

— Меня химичка попросила забрать журнал из класса, — стала рассказывать Леся, хлюпая носом. Я туда зашла, а он целовался с девчонкой из десятого…

Я только и вздохнула. Назар такой Назар…

Значит, эти поцелуи только для бедной Олеси были настоящими, а для него значения не играли.

— Они услышали меня, — продолжила говорить Леся. — Разбежались в разные стороны. Девица глупо захихикала и убежала, а Назар… Так смотрел нагло, словно ничего не сделал плохого и ничего мне не должен. А я…надеялась, что мы с ним… Как в…

Наверное, она хотела сказать “как вы с Даней”, но вовремя осеклась.

Ведь и мы теперь не вместе, хотя у нас даже признания в любви звучали.

— Ты его спросила, что за дела такие? — уточнила я.

Впрочем, что тут спрашивать, и так всё понятно: если парень целует другую, значит, не очень-то он любит Лесю…

— Спросила на свою голову.

— А он что?

— Рассмеялся мне в лицо. Сказал, это была просто игра, и я круглая идиотка, раз приняла всё всерьёз.

Я не знала, что на это говорить, и просто молча обняла её.

Это обидно, больно и очень жестоко.

В стиле Назара.

В стиле Бодровых…

— Я…ухожу из школы, — сказала тихо Леся, и я отстранилась от неё, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Зачем это? Ты что? Из-за него? — спросила я. — Не делай, пожалуйста, такие глупости.

— Это не глупости, — покачала головой Леся. Впрочем, я её боль, конечно, прекрасно понимала. — Я не могу больше смотреть, как он постоянно выбирает не меня. Всё время не меня. Как он целует то одну, то другую. Потом играет моим сердцем, выбрасывает его на свалку и находит себе третью… Больше не могу.

— Ну не уходить же теперь из-за этого из школы? — задала резонный вопрос я.

— Это не только из-за него, — покачала головой Леся. — Мама…не может больше платить за лицей.

Да, Леся уже говорила, что у ее мамы возникли какие-то серьёзные проблемы в бизнесе, но неужели всё дошло до такого, что ей придётся оставить лицей в начале года просто потому что нечем за него платить?

— Мы и так дотянули, — призналась она. — Директор лицея пошёл навстречу и не отчислил меня, хоть плату мы и не внесли. Но теперь больше не намерен ждать, а денег так и нет… Так что… Придётся мне забрать документы и уйти. Мама договорилась уже с другой школой, обычной, муниципальной.

Да, грустная история. Но чем поддержать, кроме своего молчаливого присутствия и тёплой руки на плече, я не знала.

— И когда ты уходишь? — спросила я.

— Со следующей недели, — ответила Леся.

Мне будет непривычно без неё. Она — единственная, с кем в этом классе мажоров я подружилась.

— Очень жаль, — сказала я.