— Он по окончании академии зачислен боевым магом в пограничье, — произнес Винсент после прерывистого вдоха и затянувшегося молчания.

— А кто у него родился? — я от волнения и сама потянулась к бокалу, пригубила и ощутила, как по венам начало разливаться приятное тепло.

— Мальчик. Грегори. Ты до сих пор не можешь его забыть? — внезапно спросил ректор, впившись в меня пронзительным взглядом, чем вверг в шоковое состояние. Я даже не сразу поняла, о чем он.

— Что?.. Нет, конечно! — мой голос значительно повысился. Как он мог прийти к подобному умозаключению?!

— Тогда почему интересуешься им? — Винсент склонил голову набок и начал очерчивать пальцем ножку бокала.

То ли в голову ударило вино, то ли этот жест был слишком соблазнительным, но я не могла отвести глаз от его ухоженной руки. Стоило вспомнить, какие ласки она может дарить, по телу прокатилась горячая волна возбуждения.

— Не сидеть же молча, — пожала я плечами, продолжая наблюдать за его движениями, словно загипнотизированная.

— Тогда предлагаю исправить недоразумение и потанцевать.

С этими словами Винсент встал из-за стола. Я судорожно вздохнула, взволнованно посмотрела на протянутую мужскую ладонь и открыла рот, чтобы отказать, но тут вспомнила об уговоре с Джорданом и тоже поднялась.

Невзирая на опасность, которой подвергала себя, следовало убедиться в словах целителя. Стоило ректору вывести меня на центр площадки, как стихла музыка и мое сердце подпрыгнуло от счастья. Пытка отменялась. Я даже дернулась к столику, однако в этот момент зазвучала новая, не менее волнующая душу мелодия, и Винсент притянул меня к себе, а затем повел в сложном сплетении шагов.

— Расслабься, — прошептал он на ухо, чувствуя мое напряжение.

Я последовала совету главы академии и тут же пожалела, что приняла приглашение на танец. Ощущать на обнаженной спине горячую мужскую ладонь, которая с каждым мгновением едва заметно опускалась все ниже, легкое прикосновение его бедер, когда кожа стала невыносимо чувствительной из-за оголившихся нервов, было настоящим наказанием. Близость Винсента пьянила похлеще вина. И хоть я старательно подавляла любые чувства в отношении него, боялась, что выкину что-нибудь непростительное.

Отважившись в какой-то момент, подняла голову и увидела, что его губы совсем близко от моих. Гулко сглотнув, отыскала глазами Джордана. Он уже сидел за столиком и развлекал Аурелию, следившую за нами с каменным лицом. Казалось, целитель почувствовал мой умоляющий взгляд, потому что повернулся и подмигнул, словно говорил мне, что пора предпринять что-то более решительное.

И я осмелилась.

— Приглушите свет, — мой голос дрогнул, и до ректора донеслись лишь рваные звуки. Однако он прекрасно понял мою просьбу.