Корсакову удавалось водить окружающих за нос, печати в комнате могли также влиять на сознание, а Иноземцев… он столько раз залечивал раны после тренировок, что не счесть. Однако я всей душой ненавижу темных тварей и буду бороться с ними, искоренять зло.

– Тём, ну, что ты? – подошла к жениху, взяла его за руку, ласково поглаживая по ладони. – Алим вовсе не призывал к бунту. Он лишь перечислил факты, которые говорят, как глубоко темники проникли во власть. Если наследник пройдет проверку у светочей, я первая присягну новому императору. И все присутствующие здесь поступят также.

Но, что, если не пройдет? Только представь, что будешь подчиняться человеку, причастному к гибели близких? Великие князья – опора трона – клянутся служить императору верой и правдой. А он, вступая во власть, становится гарантом исполнения законов, судьей и защитником подданных, вверивших ему жизни.

– Не сомневаюсь, что Алексей встретится с Патриархом светочей и опровергнет лживые слухи. Беспокоит другое, кто-то действительно может решить, что ему не место на троне, – посмотрел на Ваньку, стоящего с невозмутимым лицом у окна.

 – А, поскольку, следующий претендент – он, следует ожидать нового заговора, главной фигурой которого будет князь Бельский. Ему даже участвовать необязательно, ведь со смертью цесаревича право на трон автоматически переходит к следующему кандидату. Пока Алексей не обзавелся собственными наследниками, Иван представляет угрозу власти. А угрозы, как известно, устраняют вместе с теми, кто встает на пути. Я не хочу тебя потерять!

– И не потеряешь! Мы должны быть готовы к любому исходу – вот для чего собрались здесь и обсуждаем возможное развитие событий.

– А мальчишка прав! – поддержал Стужева князь Демидов. – Ивану не стоит появляться на людях без серьезной охраны. Ни к чему подвергать риску себя и Нину.

Бельский только кивнул, выражая согласие, и снова задумался. Возможно, о том, что при определенных условиях мог бы стать императором.

На этом разговор закончился. Князю Орлову следовало вернуться в часть, а он так и не успел повидаться с дочерью. Вместе с Игнатом мы проводили его к покоям, где разместили княжну. Небольшая гостиная в кремовых тонах, спальня с примыкающей ванной, гардеробная.

Екатерина Сергеевна сидела в гостиной и тихонько всхлипывала, утирая слезы платочком. Тамара расположилась на соседнем диванчике, а низкий столик между ними был накрыт на две персоны. Чай в чашках остался нетронутый и давно остыл.

– Ну, как она? – Николай Георгиевич подсел к жене, и та уткнулась ему в плечо и покачала головой.

– Не хочет! Никого видеть не хочет, – пожаловалась мужу. – Зайти не успела, как она разволновалась, вспыхнула, чуть комнату не спалила и заперлась изнутри.