В этом свете я вижу себя. Нет, ту, прежнюю Мию.

Она стоит спиной к окну, и солнце делает её силуэт почти прозрачным. На ней простое платье из грубого льна, запачканное землёй. Волосы цвета спелой пшеницы заплетены в косу, из которой выбиваются непослушные пряди.

Она смотрит прямо на меня. И улыбается широкой улыбкой, от которой на щеках появляются ямочки.

— Ну вот, — её звонкий голос похож на колокольчик. Он совсем не такой, как мой, ставший тихим и осторожным. — Мы встретились.

Я не могу вымолвить ни слова. Просто смотрю на девушку, в чьё тело вселилась, чью судьбу переплела со своей. И чувствую перед ней вину.

— Мне так жаль, — вырывается у меня наконец, хриплый шёпот. — Я не хотела…

Она смеётся. Легко, беззлобно.

— Перестань. Разве можно извиняться за то, что ты выжила? — она подходит ближе.

Я замираю, чувствуя, как внутри всё сжимается от её слов.

— Я видела твой страх за моего мальчика. Моего Конора, — её голос становится тише, в нём появляются нотки той боли, что знакома и мне, — Видела, как тьма пожирает его изнутри, и была бессильна…

На её глаза наворачиваются слёзы, но она смахивает их тыльной стороной ладони.

— А потом ты повела его к эльфам. Не испугалась и села на спину дракона. Ты сражалась за него.

Она смотрит на меня, и в её взгляде теперь — невыразимая, всепоглощающая благодарность.

— Спасибо, — её слова звучат просто, искренне и сильнее любого заклинания. — Ты сделала то, что не смогла я. Ты оказалась сильнее меня.

Она обнимает меня. Легко, по-сестрински.

— Он жив, и ты жива, — шепчет она. И я внезапно понимаю, что речь уже не о Коноре. — Не прячься больше, люби его. Позволь ему любить тебя. Вы заслужили этот шанс. Оба.

Она отступает, и солнечный свет за её спиной становится таким ярким, что я зажмуриваюсь. Её образ начинает таять, расплываться в золотых потоках.

— Прощай, — шепчет она. — И… будь счастлива. За нас обеих.

Я просыпаюсь. Резко с глубоким вдохом, будто вынырнув из самых глубин океана. Я лежу на своей огромной кровати, в своих роскошных покоях. За окном — предрассветная мгла, всё ещё прохладная и серая.

Лежу неподвижно, вслушиваясь в тишину. Ожидая, что нахлынет привычная тяжесть, страх, смятение. Но ничего этого нет. Есть лишь странная, непривычная лёгкость. Словно с моих плеч сняли гирю, которую я тащила так долго, что срослась с ней.

Я выполнила её просьбу, спасла Конора. И заслужила своё право на счастье. Подтверждение тому — метка, что появилась на моём предплечье.

Медленно поднимаю руку и закатываю рукав сорочки.

Это знак, данный свыше. Двуликая богиня забрала одну жизнь и даровала другую. Она дала нам второй шанс. Всем троим.

Рейнольду, чтобы искупить свою вину и научиться любить по-настоящему. Ей, прежней Мии, чтобы обрести покой, зная, что её сын в безопасности.