Прилёг на кровать. Мозг кипел, переваривая произошедшее за день.

Но стоило закрыть глаза, как мир вокруг перестал существовать. Растворился. В воде.

И я ощутил себя, стоящим на дне океана. Что за наваждение?

Попытался всплыть. Безуспешно. Всегда недолюбливал воду, и по закону подлости эта стихия мне и досталась.

Внезапно мимо проплыла большая белая акула. Но страха не было, только любопытство.

Тогда в голове раздался грубый женский голос:

— Я знаю о твоих планах, иномирец. И не позволю украсть родовой артефакт.

Глава 3

Божество

— Кто ты? — мысленно спросил я, хотя уже и так догадывался. — И с чего взяла, что я собираюсь его красть? Не видела, что я убил своих похитителей?

— Не видела, хм…

Она запнулась, словно проверяя мои слова.

— Не веришь?

— Верю. Успела проверить. Ну раз ты их уничтожил, тогда претензий не имею. Я богиня-покровительница рода, в который ты попал. Ты в теле сильного мага, на которого я возлагала большие надежды.

— Ну, в этом моей вины нет. Думаю, мы можем договориться. Иначе ты бы не пробуждала во мне свою силу.

— Я могу в любой момент отнять свой дар. Что ты предлагаешь, иномирец?

— Я не только не стану похищать твой артефакт, но и разберусь с теми, кто хочет его украсть.

— Этого мало.

Ну и запросы. Типичная женщина.

— Так ты прямо скажи чего хочешь. Я всего день в этом мире. Откуда мне знать, что представляет для тебя ценность?

— Ты должен вернуть род Акулиных на вершину империи.

— Стоп, ты хочешь, чтобы я сверг императора?

— Нет. Императора нельзя трогать. Но ты должен вернуть роду былое величие.

— А у этого величия есть какая-то мера?

Кажется, этим вопросом я только разозлил богиню. Ну что поделать, в прежней жизни на военной службе меня учили детали задания уточнять до начала его выполнения.

— Ты должен вернуть милость императора клану убийц. И вернуть родовые земли.

— Вот, так яснее. Тогда договорились? Я делаю всё, чтобы возвысить клан, а ты принимаешь меня в род, несмотря на то, что я — иномирец. И даёшь мне полную свободу действий, пока я действую в твоих интересах.

— О какой свободе действий ты говоришь? — насторожилась Акула.

— О любой. Хочу остаться вправе решать самостоятельно, какой будет моя жизнь, а не подстраиваться под обстоятельства. Считай, это задел на будущее, чтобы у нас не возникло разногласий.

— Договорились.

Голос Акулы прозвучал тихо, словно богиня согласилась крайне неохотно. Ну, главное, что согласилась. И ведь сама же спасла меня. Ох, чувствую, мне с ней несладко будет.

— Ну и замечательно. Я должен принести какую-то клятву?"

"Сделка с богиней рода мне импонировала куда больше, чем с невнятными похитителями. Да и она спасла меня от верной смерти. Поэтому с ней хотелось быть предельно честным.