— И, если в ближайшее время кто-нибудь не может мне решить этот вопрос, могут быть серьёзные последствия для Российской империи.

— Вы сейчас не шутите? — у девушки аж брови подскочили.

— Ни капли. Так вы мне поможете?

Мария Степанова посмотрела мне в глаза и не нашла в них лжи. Сжала тонкие губки и произнесла:

— Идите за мной.

Мысленно я возликовал, но на лице сохранил серьёзное выражение.

Поднялся за девушкой на третий этаж, где располагалось всего несколько кабинетов, возле которых стояла вооружённая охрана в имперской форме. Мария подвела меня к дальнему кабинету, кивнула охранникам, и они открыли перед нами дверь.

Мы зашли в огромный… Нет. Это был громадный кабинет. Такой бы подошёл и самому императору.

— Машенька, кто с тобой? — ласково спросил девушку сидящий за столом мужчина.

Жаль, что на двери не было таблички, и я понятия не имел, к кому мы пришли.

Мария Степанова представила меня, а затем и мужчину:

— Первый заместитель министра министерства иностранных дел. Начальник дипломатической и политической разведки. Граф Хамелеонов Степан Платонович.

— Доченька, зачем так официально? Рабочий день уже закончен, — с иронией подметил Хамелеонов.

— Граф Акулин просит помощи по безотлагательному вопросу. Это касается твоей сферы интересов, — отчеканила Мария.

— Даже так, — нахмурился Степан Платонович. — Ну, и хорошо. А то я сперва испугался, что ты мне жениха привела.

Хамелеонов шутил, но не сводил с меня взгляда. Внимательно следил за моей реакцией.

Сохраняя серьёзное выражение лица, я присел на кресло возле стола большого начальника.

— Ну, рассказывайте, — сказал он и скрестил руки в замок перед собой.

Я уже знал, что в подобных помещениях установлены артефакты правды. Поэтому следил за своим языком.

— У меня есть достоверные сведения, что некий французский министр по делам колоний замыслил план по ослаблению Российской империи. Конкретно: он хочет украсть родовой артефакт Акулиных, благодаря которым мой клан контролирует аномальную зону на побережье Камчатки. И для этого министр Голубье вступил в заговор с княжеским родом Черепаховых.

Хамелеонов остался спокоен. Но не спешил отвечать.

— Вы понимаете всю серьёзность этого обвинения? — спустя минуту тишины, спросил Степан Платонович.

— Более чем, — сухо ответил я. — Любое ваше решение может привести к международному скандалу. Но и проигнорировать вы не можете, в таком случае полуостров Камчатка может вообще превратиться в спорную территорию.

— Граф, у вас доказательства? — строго спросил Хамелеонов.

Да, я понимал, что с доказательствами дело пошло бы куда быстрее. Но мне нечего было предоставить, кроме того, что я, видел.

— Нет.