Но при словах о чае и горячих булочках брови Лерой вообще взлетели вверх.

— Он что, с женщиной живет? — шепнула она мне.

Мне оставалось лишь пожать плечами, так как я знал не больше ее.

Пока мужчина говорил, он спешно снял с себя рабочую одежду, под которой у него была другая, не в пример чище. Затем он помыл руки в чудном подвесном умывальнике с длинной палочкой, торчащей из деревянной емкости с водой, и пригласил нас в дом.

Мы скептически переглянулись, но все же не стали обижать гостеприимного человека и последовали за ним. Сам домишко был не хуже и не лучше прочих, но вот внутри нас ожидало настоящее удивление! Это было самое уютное жилище из всех виденных нами здесь. Добротная деревянная и явно изготовленная умелыми руками мебель, симпатичные травяные циновки на полу, постель с настоящими подушками, одеялом и постельным бельем. А на столе большое блюдо, накрытое плетеным колпаком из сухих прутиков.

— Это от мух! — пояснил мужчина.

— Так здесь же нет мух, — растерянно ответила Лерой, продолжая разглядывать простую, но изготовленную явно с любовью и талантом обстановку в доме.

— Так почти каждый день что-то новое появляется! — пожал Емельян плечами. — Да вы присаживайтесь! Вот прямо к столу и садитесь! Сейчас чай будет!

Я пододвинул девушке стул, и она осторожно села, придерживая рукой свой большой живот.

А мужчина тем временем поставил на стол металлический, сложной конструкции аппарат с отверстием вверху и краником снизу. Я что-то подобное видел в одном из музеев древностей.

Емельян, если я не ошибаюсь, вода в этом устройстве должна нагреваться с помощью помещенного внутрь горящего дерева?

— Да, всё верно! Это самовар! В нём чай получается особенно вкусным и ароматным, а разговор — душевным! Вот только, как я понимаю, у вас нет времени на долгие посиделки, вы же по делу пришли? — окинул он нас пытливым взглядом зелёных глаз.

— Да, по делу, — кивнула Лерой. — Но мы не откажемся выпить чаю с вашими булочками!

Мужчина кивнул и, приблизив руки к самовару, закрыл глаза. Вокруг его ладоней поднялись еле видимые глазу завихрения, и от самовара потянуло жаром. Емельян достал с полки три красивые чашки и, открыв краник внизу самовара, принялся наливать в них ароматный, пахнущий душистыми травами горячий напиток."

"Следующие минут пятнадцать мы с наслаждением пили чай со свежайшими булочками с корицей и маком. Как оказалось, и эти булочки, и вообще всю еду, он материализует исключительно сам! Это же касается и всего, что мы увидели в этом доме. То, что он не смог материализовать полностью, он изготавливал из полученного материала. За весь этот разговор мы с Лерой не один раз многозначительно переглянулись, явно думая об одном и том же, что именно такие люди нам нужны здесь, а не ленивые халявщики.