С трудом девушка сдержала слезы, она давно поняла, что эти капельки влаги не помогут. Хелл сосредоточилась и с удивлением поняла, что ее разум переносится не в пределах Трех Миров, а следует на несколько звездных шагов… И она увидела «Черный Феникс» на подлете к Земле, разглядела капитана, стоящего у рубки и отдающего команды первому пилоту, а затем направила всю свою ненависть и страх за родных на Зоргана. Ненависть, боль, страх, ярость и месть… «Сдохни, сдохни, сдохни!..» — Слова транслировали ярость, а Хелл, сжав веки до боли, не увидела, как засиял на ее запястье серебряный браслет, вспыхивая рунами древних деймасов…

Когда Алекса вернулась в комнату, она обнаружила Хелл лежащей на полу и судорожно сжимающей браслет.

По губам стекали капельки крови, на оклики девушка не реагировала. Наемница попыталась закричать, но голос еще плохо слушался, и Алекса выбежала к ребятам, не сдерживая слез.

— Зверек, — Сайсиен сидел рядом в больничной палате и с осуждением смотрел на нее, — что ты сделала?

Девушка открыла глаза и огляделась, возле двери стоял Кайл, рядом с ним перепуганная Алекса.

— А что я сделала? — вопросом на вопрос ответила Хелл.

— Ты попыталась снять браслет, — хмуро сказал Кайл, — хотя тебя просили этого не делать.

Она, тяжело дыша, посмотрела на свои руки и заметила, насколько удлинились ногти.

— Сколько я была без сознания?

— Почти два оборота Дерхона, — спокойно ответил Сайсиен.

— Значит, месяц, — удивленно прошептала Хелл.

— Может, расскажешь, чем это ты там занималась? — Голос Кайла был злым. — Мы с трудом вернули тебя назад.

Хелл не ответила, перед глазами стояли добрые глаза мамы, всегда занятый отец, родные сестрички, мастерящие что-то на крыше братья и их дом на Земле.

Почему-то она поняла, что теперь им ничего не угрожает, все, кто участвовал тогда в захвате пленников, погибли, откуда-то из глубин памяти донесся дикий и полный боли крик Зоргана.

— Я так счастлива, — тихо произнесла девушка.

— Кайл, забери Алекс, и оставьте нас одних. — Сайсиен строго посмотрел на друга, и Кайл подчинился. Едва они вышли, учитель повернулся к девушке и взял ее за руку: — Ты кого-то защищала все это время, так? Три года ни слова о своей родине, семье, близких.

Кайл долго выяснял имена тех, кто продал тебя в Дом Красной розы, и обнаружились интересные совпадения: все работорговцы, которые могли что-то о тебе знать, погибали раз в два месяца, тебе это о чем-то говорит? Молчишь? Ну, тогда скажу я. Это ты их убивала, используя единственный выходной раз в два месяца, убивала методично и быстро, уничтожая все кристаллы записей в их домах. Так?

Хелл молчала, на лице словно застыла маска равнодушия.