Но сыновья Альмунда уже находились в кровной вражде с хаканом и еще не исполнили свой обет мести.

– Мы обещали кое-кому в Хольмгарде привезти два-три десятка ушей на веревочке, – говорил Свен Гостмилу.

– Так что же у Ратиславля не собрали! – отвечал Гостимил, не уверенный, шутит Свен или говорит всерьез. – Плохи там тебе были уши? С серьгами даже!

– Не подумали как-то… Но не возвращаться же без добычи!

Свою часть кудоярского полона и добычи сыновья Альмунда пока оставили Гостимилу и Сверкеру, условившись, что все это будет ждать их в Сюрнесе и что Улав имеет право взять себе столько человек, сколько нужно, чтобы покрыть стоимость их пропитания.

Задерживаться на Упе Свен и Годо особенно не собирались – зима проходила, и они надеялись успеть домой еще по санному пути. Хотя могло сложиться и так, что им придется весновать в Сюрнесе, чтобы потом отправиться в Хольмгард уже по воде. С тем войско и разошлось: смоляне пошли обратно на северо-запад, а сыновья Альмунда – на восток по Упе.

И вот цель была близка. От поворота реки Тарханов отделяло чуть более двух верст прямого русла, и уже вскоре стали видны теснящиеся на мысу избы.

Склоны мыса были довольно высоки, круты и покрыты снегом, но никакой стены на вершине не имелось. Часть войска прошла мимо городца по Упе, чтобы зайти со стороны поля, другая часть прошла за руслом ручья. Наверху над обрывами мыса и на валу виднелись люди, наблюдавшие за пришельцами; они держали луки, но не стреляли – для стрельбы расстояние было слишком велико.

По тропе от реки поднявшись на берег, основная часть войска расположилась на том самом лугу, который за последнее лето видел столько знатных гостей. Тархан-городец оказался полностью окружен.

– Ну что, будем под крышей ночевать? – Свен показал брату на город.

– Пойду погляжу, пока светло, – Годо кивнул оружничему. – Может, и под крышей.

– Смотри, какой там дуб! – Свен смерил взглядом могучее старое дерево на краю вала. – Вот здесь мы и повесим того пса, когда поймаем.

– Истовое слово! Клянусь, Отец Ратей! – Годо поднял глаза к хмурому серому небу. – Когда мы возьмем город, на этом дереве будет висеть обещанный тебе дар, если только мы сможем заполучить его живым.

Снарядившись и прикрываясь щитом, Годред с телохранителями приблизился к валу.

Никаких укреплений на нем не имелось, только на середине высоты стоял плетень из жердей, но верхний его край не поднимался над гребнем вала.

– Ворота на вид вроде крепкие, – заметил Эгиль. – Не то что в том троллевом городе на горе.

– На крепкие ворота находится крепкое бревно. Пошли.

Свен уже отправил людей в ближнюю рощу за дровами. За бревном для порока пришлось идти подальше, возвращаясь назад: требовалась высокая крепкая ель, а вблизи города таких не росло.