Хелл подалась вперед полностью забыв, про свой страх перед блондином, и нервно переспросила:

— Я что?

Нордраг взглянул на ее испуганное личико, нагнувшись, легко поцеловал в губы и проникновенным шепотом сообщил:

— Ты беременна! Поздравляю, детка! — он прогнулся как кот, коснулся губами ее лица, затем резко поднялся.

Хелл следила за ним напряженным взглядом, абсолютно не понимая подобной реакции, потом до нее дошел смысл сказанного и глаза наполнились слезами. Ребенок! Только ее малыш, маленький, красивый… похожий на папочку?

— Эээ, стой, — она поднялась, села удобнее, — но Арсианар не может иметь детей!

В этот момент Нордраг как раз наливал себе нечто зеленоватое в высокий бокал, затем взглянув на Хелл, налил простой воды в другой бокал, который, подойдя, передал наемнице.

И медленно, не отрывая взгляда от нее, сделал несколько глотков.

— Ты красивая, Хелли. Есть в тебе что-то, что безумно заводит. Вроде и человек, а такая сильная. Вроде и обычная наемница, а столько в тебе загадок… Знаешь, когда тебе дается шанс жить очень долго, начинаешь ценить тех, кто ведет себя непредсказуемо. Потому что так перестаешь чувствовать себя одиноким.

Ты сама неожиданность, Хелли, а уж этот малыш и вовсе величайшая ценность…

Она молчала, потом отпив глоток воды, дрожащим голосом спросила:

— Нордраг, почему ты так уверен, что я беременна?

— Я расскажу тебе одну историю, девочка. — Он сел сзади нее, прижав ее спину к своей груди и начал рассказывать, поглаживая ее плечи. — Говорят, нас было много, и мы были сильны… Это было давно, а затем началась борьба за власть. Первый удар был на слабые Дома, потом в битву за кусок вселенной вступили и Великие Дома.

Сильные Великие Дома взяли себе право Судить и пользовались им. Осужденные Дома лишались самого главного — возможности иметь детей. Вот так Сила открывать Путь, осталась лишь в руках у избранных. А потом случилось странное — дети с Даром начали рождаться все реже… Гораздо реже… У нас есть технологии, мы сеем жизнь на планетах, но все наши технологии не позволяли вырастить деймаса.

Образцы гибли, результатом искусственного осеменения стали уроды…"

"Сначала это было странным, потом стало страшным… — он замолчал, словно вспоминал те времена.

 — А потом, Хелл, началась война за детей. Убивали в основном девочек из враждебного Дома, убивали беспощадно… пока не догадались использовать по назначению. Потом объектами агрессии стали беременные… Это было страшное время… Но суть не в этом, суть в том, что маленькие существа научились защищать своих матерей. И чем сильнее зародыш, тем сильнее защита. Если бы ты была рядом с Арсианаром, о твоей беременности никто не узнал бы до пятнадцати суток, когда Дайтарры сообщают о появлении в ветви Дома новой жизни.