Ты так настойчиво преследуешь меня? Ты специально провоцируешь людей на то, чтобы распускать сплетни о нас? Хочешь, чтобы я потерял лицо?

Автору есть что сказать:

Волчонок*: — Вот тебе пятьсот золотых и уходи!

Щенок**: — Не уйду!

Волчонок: — Я дам тебе тысячу, уйди!

Щенок: — Нет!

Волчонок: — Тысяча пятьсот! Ты уходишь ли нет!

Щенок: — В прошлой жизни этому достопочтенному принадлежал весь мир! Заткнись, полумертвый дохляк!"

"Волчонок: — Осмеливаешься оскорблять меня? *&#! &#@!!! Ау-у-у-у!

Щенок: — Гав! Ав-ав! Ав-в! Вууу! Овуууу!

Хозяйка гостиницы: — Алло! Это служба по отлову диких животных? В моей гостинице дерутся две бешеные собаки.

Да, одна — хаски, а вторая — аляскинский маламут... Да-да! Да! Маламут еще притащил с собой самоедскую ездовую лайку по имени Наобайцзинь… да. И, кажется, ни одна из них не привита! Пожалуйста, спасите нас!

[*狼崽子 lángzǎizi ланцзайцзы — волчонок; в слэнг.: волк позорный;

**狗崽子 gǒuzǎizi гоуцзайцзы— щенок; в слэнг.: сукин сын].

Глава 86. Бывшая жена этого достопочтенного непростая мишень

Его слова явно задели Е Ванси, но он, скрыв обиду, спокойно ответил:

– Ты неправильно меня понял.

Я не преследую тебя. Просто получил приказ уважаемого Главы посетить Палату Сюаньюань, чтобы купить кое-что.

Мо Жань и Чу Ваньнин переглянулись.

Божественное оружие?

Наньгун Сы помрачнел. Встряхнув кувшин с вином, он спросил:

– Если отец хотел что-то купить, почему отправил тебя? Что ты можешь сделать такое, чего не могу я? Неужели у меня нет рук или ног?

– А-Сы, я не это имел в виду.

– Кто позволил тебе называть меня так фамильярно? – Наньгун Сы оскорбленно сверкнул глазами и нахмурил брови.

– Господин Е, не думай, раз отец слеп в своем желании держать тебя под рукой, ты можешь наглеть в моем присутствии. Самому-то не противно?

– Я называю тебя так, как приказал уважаемый Глава. Если тебе это неприятно, сам скажи ему об этом.

Е Ванси какое-то время молчал, а потом добавил:

– К чему злиться на меня?

– Не прикрывайся именем отца, принижая меня!

Наньгун Сы сделал глубокий вдох и заставил себя сдержать гнев. Только его черные зрачки блестели ледяным светом, как серебряная луна, отраженная в глазах волка.

– Господин Е, – проговорил он, нарочито делая акцент на этом обращении, – отец велел тебе называть меня по имени, потому что хотел упрочить твой авторитет в нашем ордене, но сам-то ты должен понимать истинное положение вещей. Имея три ведра краски, не станешь владельцем красильной мастерской. Так что, даже если бы ты выкрасился в цвета ордена, даже если бы родился в чане пурпурной краски, ты не смог бы сравняться со мной, не говоря уж о соперничестве.

Мрачная тень на мгновение накрыла лицо Е Ванси.