Катя наконец заползла на пятый этаж (аллилуйя!) и, пристроив чемодан у стены, повернулась к серой железной двери с номером триста двенадцать. Сказать, что ей не хотелось в нее стучаться, – вообще ничего не сказать. Это была мамина идея! Та самая – ужасная, чудовищная и монстрическая.

Нелепая.

– Ладно, – сказала мама, без стука ворвавшись в Катину комнату спустя неделю загадочных шушуканий с тетей Викой. Катя от неожиданности подпрыгнула на кровати и поперхнулась крабовой палочкой. – Езжай на эту свою учебу в Москву.

Это прозвучало так, словно мама дала добро на прыжок из самолета без парашюта.

– Серьезно? – взвизгнула Катя, бросаясь к маме с объятиями, но та сдвинула брови и предупреждающе показала ей два пальца.

– Но у меня два условия.

Катя радостно закивала, все еще не в силах поверить своему счастью. Что там за условия? Есть каждый день ненавистные брокколи? Переплыть океан в тазу? Слетать на луну и обратно? Да что угодно, лишь бы поехать в Москву-у-у!

– Первое – жить будешь у Захара.

Так. Что угодно, кроме этого. Улыбка медленно сползла с Катиного лица.

– Мам, ты же шутишь?

Мама невозмутимо пожала плечами и, расправив уголок покрывала, уселась на Катину кровать. Судя по тому, как она откинулась на стену, устраиваясь поудобнее, разговор им предстоял долгий. И неприятный.

– Мы с тетей Викой все обсудили. Вариант идеальный. Захар как раз снимает «двушку», а подходящего соседа найти не может. У него одни балбесы да мажоры на курсе собрались. Заодно и присмотрит за тобой, мне поспокойней будет.

– Но… но… – начала Катя, не зная, с какого из тысячи аргументов начать. – Но мне уже дали место в общаге. Она классная, мам! Ты же видела фотки. У них там новый ремонт, и разноцветные балкончики, и…

– Видела! – поджала губы мама. – Видела, что там мальчики и девочки живут на одном этаже.

– Но в разных же комнатах!

Катя начала закипать. Это никогда не приводило ни к чему хорошему, потому что, когда Катя злилась, она вечно выпаливала первое, что приходило в голову. Но это же полный идиотизм! Она не может жить с занудой Захаром. Он мерзкий. Самовлюбленный. Он болван! И совершенно не вписывается в ее мечту о студенческой жизни. Это все равно что поманить человека тортом, а потом подсунуть ему тарелку манной каши с комочками.

Мама, кажется, почувствовала Катино мятежное настроение. Лицо ее стало непроницаемым, а в голосе зазвучала сталь:

– Выбирай: либо будешь жить с Захаром, либо останешься дома.

– Но почему-у-у? – взвыла Катя. – От общаги до универа всего две станции на метро!

– От Долгоречного тоже недалеко, чуть больше часа на электричке.

– Так он даже не в Москве живет?! – взвизгнула Катя, вскакивая на ноги.