Несмотря на то что ночью было сыро и роса выступала с полуночи, под копытами тысяч лошадей и колесами повозок дорога быстро высыхала. Позади растянувшейся на полторы мили колонны поднимался отчетливо видимый пыльный хвост, сносимый ветром на юго-запад.

Через час пути дюны стали ниже, потом и вовсе исчезли и им на смену пришла безбрежная тундра, поросшая низкой травой, длинными дорожками грибов-первовешек да изредка встречавшимся кустарником, цеплявшимся за мокрые ямы и небольшие пригорки.

– Неприветливая местность! - заметил де Шермон и широко зевнул, прикрываясь перчаткой.

- Никак не могу проснуться, пока не подадут завтрак.

– Пожуйте кислых ягод.

– Ягод?

– Да. - Каспар протянул горсть ярко-красных плодов, что принесли ему два сержанта-чекмеса. При Каспаре они съели по полгорсти, чтобы доказать, что ягода не ядовита.

«Возьмите, ваше превосходительство, ягода свежая, только что с кочек. Ее для бодрости принимают и для укрепления живота. Вода в здешних местах черная, гнилая, берите, обязательно пригодится».

Каспару ягода понравилась, она действительно давала прилив сил.

Де Шермон помялся, затем забросил пару ягодок в рот, поморщился, но попросил еще - северная ягода и ему пришлась по вкусу.

Через два часа после начала движения войско миновало несколько пустых хуторов, покинутых жителями совсем недавно - навоз в стойлах еще парил, а в печах были угли…

– Теперь жди контрфорса! - сказал Углук, демонстрируя свой опыт и осведомленность.

– Не будет контрфорса, - возразил де Шермон, который уже усвоил, что, если орка сразу не одернуть, он будет разглагольствовать до самого обеда.

– А отчего же не будет, ваше сиятельство? - не сдавался старый наемник.

- Пока войско на марше, ему и трех сотен кавалерии хватит, чтобы спутаться.

– Возможно, сержант, но вердийцы без надлежащей расстановки в драку не лезут. Они подумать любят.

– Дураки, стало быть?

– Нет, я же сказал - подумать любят.

– У тебя все, кто не жрет с утра до вечера, - дураки, - ввернул гном.

– И вовсе нет, железка ты кузнечная, вот его светлость не жрет с утра до вечера, но я уважаю его за смысл во вкусе. Вчера вылизывал его супницу, так чудо до чего хороша похлебка - я и не знал, что господа так в этом понимают!

– Вы вылизывали мою супницу, сержант?! - ужаснулся де Шермон.

– Да, ваше сиятельство, перед тем как ваш слуга собирался ее помыть. Так вылизал, что даже воду можно было сэкономить, но слуга у вас глупый, таки взялся ее мыть.

Де Шермон машинально приложил руку к груди, там, где обычно чувствуется тошнота, но жесткая перчатка лишь царапнула по кирасе - граф забыл, что он в доспехах.

– Граф, но ведь супницу после помыли… - негромко произнес Каспар.

– Я… я не могу с этим смириться… - вздохнул де Шермон.