Всё уже случилось. Но я, с профессиональным интересом, хочу пнуть труп нашего брака.

Поставить диагноз.

И отправить всё в утиль.

– Погоди, – я замираю, задумываясь над словами Рины. – Я натворила? Серьезно? Единственная моя ошибка – что я вообще вышла за Демида!

Говорю и ужасаюсь собственным словам. Я ведь была счастлива с мужчиной. У меня целая шкатулка прекрасных воспоминаний. Мелочи, которые расположились в моем сердце.

И пусть вся семейная жизнь закончилась этим кошмаром, но у меня не получается жалеть о том дне, когда я сказала Демиду «да». Слишком много хорошего, чтобы это можно было забыть?

Конечно, Юсупов перечеркнул всё, любые мои чувства больше не имеют смысла. И я справлюсь с ними, с корнем выдеру, чтобы никакой его поступок не отзывался болью внутри.

Но при этом я не буду делать вид, что этих лет вместе не было. Мне было хорошо, даже если мужчина притворился. Я любила его, и мои чувства были настоящими.

А всё остальное не имеет значения.

– Всё было хорошо, Рина, – говорю честно. – Мы ругались иногда. Из-за моей работы, в основном. Накануне тоже поругались. Если это можно подвязать под ""натворила"", то вот. Я не хотела увольняться с больницы.

– Вот только условия развода говорят о другом. Так, – девушка откладывает договор в сторону, сжимает мои ладони. – Ты знаешь, чем я занимаюсь?

– Эм… Что-то вроде представителя разных знаменитостей?

– Вроде того. Конфликтолог, трабл-шутер, пресс-атташе – это называют по-разному. Но суть одна – я делаю так, чтобы скандал угас. И у меня для клиентов есть одно единственно правило. Никакой лжи. Мне нужно знать всё, чтобы помочь. Воспринимай меня как своего адвоката, а не знакомую. Даже если стыдно – расскажи. Никакого осуждения, обещаю.

– Осуждения? – я завожусь. Выдергиваю руки, часто дышу от закипающей злости. – За что? Потому что мой муж оказался подлецом? Или он тебе что-то рассказал?

– Рассказывать должна ты.

– Но ничего не было! А если вы вдруг решили оклеветать меня и выставить виноватой… – я подскакиваю на ноги. – То занимайтесь этим без меня. Спасибо за встречу, пока.

– Сядь.

От неожиданно грубого тона я застываю на месте. Никогда не слышала, чтобы Рина так говорила. Вместо улыбчивой рыжеволосой девушки передо мной постает собранная и серьезная женщина.

– Я хочу помочь, – произносит твердо. – Но я не смогу, если ты что-то будешь скрывать. Это, – кивает на контракт. – Полная чушь. И я не представляю, что должно было случиться, чтобы Демид составил подобные условия. Отобрать всё до копейки? Это явно не то, что сделал бы Юсупов.

– Думаешь, я это придумала? Создала фальшивый брачный договор?

– Нет, естественно. Но это совершенно лишено смысла. Когда мы разводились с Демидом, он почти не придерживался условий.