Беременность это не хорошее, это просто чудо.

Чудо после того, как я боялась, что вовсе не смогу иметь детей. Столько обследований, бесконечных попыток. Я запрещала себе реагировать на задержку, не мечтать слишком сильно. А теперь…

Пять недель.

Через восемь месяцев у меня будет дочка или сын.

Я представляю, каким безумным станет Демид. Точно превращусь в хрустальную вазу, которую никуда не отпустят. О работе можно будет забыть, но я и не хочу спорить об этом. Я сейчас всем готова пожертвовать, чтобы с малышом всё было хорошо.

Я добираюсь домой в рекордные сроки, давно не приезжала так рано. Надеюсь, что муж уже скоро появится, и мне не нужно будет хранить этот секрет слишком долго.

Пальцы сами набирают сообщение Демиду, но я его быстро стираю. Нет, надо сказать ему в лицо. Возможно, я даже успею приготовить праздничный ужин к возвращению мужа…

Не успею.

Вздыхаю, когда в прихожей вижу мужское пальто.

И женское, которое явно принадлежит не мне.

На секунду замираю в нерешительности, прислушиваюсь к тишине. В голове сразу миллион догадок, но тихий разговор в гостиной приводит меня в чувство. Знакомый женский голос заставляет меня выдохнуть и почувствовать себя глупой.

Об этом говорят, когда упоминает гормональный бум?

Что я превращусь в истеричную ревнивицу?

– Привет, – я заглядываю в комнату, приглаживая волосы. – Я раньше освободилась.

– Отлично.

Демид кивает, откидываясь на спинку дивана. Внимательно осматривает меня, а мне вдруг не по себе становится от его тяжелого взгляда. Обнимаю себя за плечи, отворачиваясь.

Он злится, я знаю. Мы очень сильно поругались недавно из-за моих смен в больнице, до сих пор не помирились нормально. Но я знаю, что в этой ситуации была права я.

Муж всегда знал обо мне всё, когда делал предложение. Понимал, насколько я люблю лечить людей, стоять в операционной. Как и я знала, что у него не простой и взрывной характер.

Но мы ведь выбрали друг друга!

А теперь я чувствую, словно что-то не так. Он отдалился, стал закрытым. И я не представляю, как это исправить. Какой-то дурак придумал, что любовь живёт три года, но это не наша история. Мы в браке четыре, знакомы почти шесть. Я уверена, что теперь всё наладится.

Но каждый раз мне так тяжело переживать наши ссоры."

"– Я не знала, что ты заглянешь к нам, Мариса, - улыбаюсь подруге, стараясь взять эмоции под контроль. – Тебе сделать чай?

– Не стоит.

Мариса нервно теребит край бордовой юбки. Поднимается, но затем резко падает на диван. И вот это заставляет нервничать ещё больше. Потому что подруга всегда была уверена в себе. Тихая и скромная, но никогда не пасовала перед трудностями.

Так почему сейчас ведёт себя так странно?

Нервно усмехаюсь от мысли, что Демид специально пригласил сюда подругу, чтобы провести мне интервенцию.