– Я не могу сделать тебе комплимент?

– Я… Просто не надо!

В защитном жесте обнимаю свой живот, пытаясь скрыться от мужчины. Щеки пылают, будто кто-то поднёс факел к лицу. Не чувствовала себя такой скромницей даже на первых свиданиях с Демидом.

Боже, да на первом свидании в жизни я так не смущалась.

А сейчас… Беременность делает меня жутко чувствительной. Оглядываясь на прошлую себя – я будто вовсе сухарем была. Потому что разница колоссальная.

Во мне и приятная теплота от комплимента. И страх, что это связано лишь с тем, что я беременна. И предвкушение новых приятных слов, и обида, что я их не слышала так много, как привыкла.

Раньше Демид не скупился на комплименты и похвалу. При всей совей сдержанности он бывал удивительно чутким. Хвалил мою подгоревшую глазунью, подбадривал с работой. Иногда, казалось, верил в меня больше, чем я сама.

А после всё испортил!

Я злюсь.

На Демида.

Очень, дико.

На себя тоже.

Потому что не получается полностью отпустить ситуацию. А я не собираюсь превращать в дятла, который будет долбить каждый раз, даже спустя двадцать лет.

– Сядем в зале, – произношу вопросительно, а после киваю сама себе. – Ванная справа, мой руки, я пока накрою на стол.

– Я могу помочь.

– Я могу сама."

"Отмахиваюсь. Понимаю, что это не до конца правильная позиция, но пока справляюсь как могу. Со временем всё будет видно.

Я ставлю тарелки на журнальный столик, иду за едой, но Дамир появляется быстрее меня. Сам подхватывает коробочки с едой, кувшин с лимонадом. Я пытаюсь взять хотя бы стаканы, их тоже забирает мужчина.

Пронзаю его взглядами-стрелами.

– Лиз, – прикрывает глаза, но ничего не отдает. – С каких пор помощь с ужином это такое плохое дело?

– С тех самых, как ты, помогал и решал слишком много. Пытаюсь понять в какой именно момент ты решил, что можешь пойти на всё ради защиты.

– В тот самый, как ты стала моей женой. Я взял за тебя ответственность, нёс её. Старался сделать так, чтобы у тебя всё было.

Колкая фраза почти срывается с языка, но я поджимаю губы. Кажется, Ильяс тоже говорит про что-то подобное. Женитьба ровно ответственность. Так у них принято.

И некоторых традиций Юсупов придерживается несмотря на то, что открестился от семьи. Не так-то просто вырвать из себя то, что вдалбывалось с малых лет.

Но Демиду придётся поменяться, если он хочет прощения.

– Я не маленький ребенок, – изо всех сил стараюсь говорить спокойно. – Не нужно за меня отвечать, решать, нести ответственность. Мы равные партнеры, а не кто-то зависим.

– Я и не говорю, что ты ребенок. Но… Черт, не знаю, как объяснить правильно, – мужчина замолкает на минуту, мы присаживаемся на диван. – Ладно. Я привык всё контролировать.

– Я знаю.

– Ша, – усмехается, взмахивая рукой. – Я договорю, а потом ты.