Дяди при встрече наказали ему вести себя неприметно, ничем не выделяться среди сверстников, деньгами не сорить, а также поскорее осваивать профессию электромонтера, поскольку многие весьма ценные вещи далеко не всегда хранятся в обычных сараях без сигнализации. Володя последовал мудрым советам новых друзей (особенно он преуспел в монтерском деле), а они подобрали еще несколько точек, где, как им казалось, плохо лежали ценности и деньги."

"Дела группы шли какое-то время прекрасно, но тут дяди решили что-то взять сами, без Володи, где-то «запороли косяк», а дотошным операм удалось не только пришить им все их прежние дела, но и выйти на Володю (во всяком случае, дяди уверяли потом, что ни слова не сказали в течение всего следствия про своего юного подельника).

Ввиду того, что причиненный группой ущерб уже достиг к тому времени «особо крупных размеров», суд не принял во внимание Володину юность и его производственные успехи – любитель металла получил пять лет и отсидел их от звонка до звонка, как и предусмотрено соответствующей статьей Уголовного кодекса.

Володя и на зоне не изменил своей любви к металлу, с удовольствием паял, слесарил и чинил проводку, за что подвергался постоянным насмешкам всей воровской масти. У него даже кличек было две: первая – Стахановец – за трудолюбие, а вторая – Соловей – за крайнюю молчаливость. Володя и в прежней жизни старался больше помалкивать, а на зоне окончательно убедился в том, что молчание – золото. Однако, помалкивая, он внимательно слушал все зэковские разговоры и пересуды. В результате на зоне он научился думать, размышлять – до этого за него думали его руки, а мозги пребывали как бы в анабиозе.

Так что к моменту освобождения Володя уже неплохо разбирался в людях и в человеческих отношениях, с мелкотой не связывался, в авантюры не впутывался, ожидая предложений от серьезных людей, связи с которыми нащупал на зоне.

На воле времена изменились: там теперь товары воровали большей частью легально и целыми фурами и вагонами, а пойти подламывать склад в одиночку мог только полный идиот. Деньги теперь тоже не воровали, а просто тихо-мирно собирали с тех, кто их честно зарабатывал.

Тем же, кто все-таки стремился поскорее дорваться до наличных и сразу хапануть побольше, квалифицированные люди были не нужны – торопыги действовали с помощью огнестрельного оружия, гранат, тротила, а в случае чего захватывали заложников.

Однако ремесло медвежатника бессмертно, и вскоре Володя в этом убедился. У него появились заказы – сначала редкие. Однако Володя не делал осечек, и его известность росла.