"

"Все складывалось слишком весело и хорошо, чтобы этому было позволено длиться вечно. Почувствовав боль от того, как кто-то схватил меня за руку, открываю глаза и еле удерживаюсь на ногах, увидев перед собой Роланда. Не церемонясь, он тянет меня на выход и, оказавшись на улице, заводит за угол, где нет ни единой души.

Швыряет меня к стене, и я вскрикиваю от боли, ударившись голыми плечами о неровную поверхность.

— Совсем озверел? — в бешенстве пытаюсь перевести дыхание.

— Оклемайся, подыши воздухом.

— Это ты мне говоришь? — не понимаю, что происходит, и что на него нашло.

 — Приди в себя, ты что себе позволяешь?

— Я ненавижу падких, — подходит так близко, что я затаиваю воздух в лёгких. — Демид, теперь Ратмир, завтра будет Эрик?

— А послезавтра ты, — саркастично заканчиваю список. — Какое тебе дело?

— В таком случае, тебе не место среди нас, — игнорирует мой вопрос.

— Ох, прости! — усмехаюсь в лицо. — Забыла, что рядом с вами только святые!

— Рядом с нами люди достойные, с принципами.

— Позволь спросить, с чего ты взял, что между мной и Демидом что-то было или есть, и почему я не могу положить глаз на Ратмира? Или ты так проявляешь свою ревность? — разогнавшись, понимаю, что теперь не остановлюсь.

 — Ревность не ко мне, нет — нет, ревность к ним. И зависть ко мне, что мне дозволено ими наслаждаться, — улыбаюсь, пытаясь вывести его из себя

Он лишь хмурит брови, не понимая, на что я намекаю. А мне становится все веселее.

— Раз ты человек чести и принципов, так признайся честно о своей нетрадиционной ориентации. Может повезёт, и ты будешь пользоваться неплохим спросом среди себе подобных.

Несколько секунд он смотрит на меня, как на умалишённую.

А потом на его лице появляется хищная улыбка, и он резко оказывается рядом со мной, вдавливая телом к стене. Схватив одной рукой меня за талию, второй сжимает шею.

Слишком жарко. Слишком душно. И я не о погоде.

— Значит, я по части мальчиков? — шепчет, улыбаясь краем губы.

— Я ошибаюсь? — нервно сглатываю.

Если голубые влияют на женское тело именно так, то дайте мне троих.

— То есть, мужчины, которым ты неинтересна, автоматически становятся пид*рами? — насмехается, сжимая сильнее пальцы на шее.

Сумасшедшая. Как я только решилась сказать такое Роланду? Понятия не имею.

Не могу ничего сказать в ответ. Отмалчиваюсь, а взгляд плавно спадает вниз к его губам.

«Хочу» — отбивает в голове. И я всеми силами стараюсь избавиться от этого желания, понимая, что в данную секунду Роланд читает меня, как открытую книгу.

— Отвечай, — шипит и наслаждается моим видом загнанного в угол мышонка.

— Допустим, — прорезается голос. — Либо слепой, либо голуб…

Не даёт договорить. Резко притягивает мое лицо к себе и впивается губами в губы.