Все это я терпела молча, но когда он достал из саквояжа коробку с ампулами и патронташ одноразовых шприцов, мое возмущение с громким воплем вырвалось наружу:

– Что это вы мне собираетесь колоть? Со мною что, посоветоваться нельзя, я что, без сознания лежу? Я прекрасно себя чувствую и не намерена превращаться в подопытного кролика. Если меня из больницы выписали в таком состоянии, значит, со мной все в порядке. Наши больницы – не санатории, и там симулянтов не держат! Да и больного не всякого положат, а только того, кто действительно нуждается в медицинской помощи.

Тем более что я с детства не перевариваю уколов! После них синяки остаются. Живо объясняйте, что вы намеривались мне вколоть!

Я, конечно, шла ва-банк. Про детство я не помнила, но какое-то седьмое чувство мне подсказывало – какие-либо лекарства принимать сейчас не стоит, все должно идти естественным путем. Доктор удивленно на меня посмотрел, но прятать шприцы не спешил.

– Эмма Львовна, голубушка, – он опять начал разговаривать со мной как с душевнобольной, присюсюкивая и заглядывая в глаза, – это всего лишь успокоительное средство, чтобы спалось хорошо.

Сон, как известно, лучший доктор.

– Я три дня спала, а это больше, чем достаточно. Выспалась. Руки-ноги онемели от безделья и постоянного лежания. Еще немного и у меня атрофируются конечности. Вы этого хотите? Признавайтесь!

– Господь с вами, что вы такое говорите! Это лекарство как раз для улучшения кровоснабжения головного мозга, хорошо помогает восстановлению памяти. Вы все-таки головой ударились. – Доктор, очевидно, не мог предполагать такого отпора и уговаривал меня очень активно.

Но постоянные намеки на мою голову вконец вывели меня из состояния душевного равновесия, я начала нервничать.

Вот ведь гад какой, довел женщину до истерии. Я решила стоять насмерть и из лекарств не принимать ничего, но чтобы от него как-то отделаться, схитрила:"

"– Если хотите, можете оставить какие-нибудь успокоительные таблетки, я их ближе ко сну выпью, а то, боюсь, так выспалась, что ночью заснуть будет трудно. Сейчас ничего пить не буду! И не просите, и не умоляйте. Потом выпью. И, как вы говорите, для кровоснабжения мозга тоже оставьте. Можете успокоиться, я понимаю, как важно иметь светлую голову.

А сейчас, Сергей Ильич, хочу отдохнуть, да и вас, наверное, пациенты заждались.

Доктор отгрузил мешок лекарств, подробно расписав, что, как и в какой последовательности принимать, затем, как мне показалось, с неохотой пожелал скорейшего выздоровления и удалился.

По-моему, я его разочаровала как пациентка: отнеслась критически к его рекомендациям, не поддалась гипнозу, не дала себя уколоть, да еще нагло выставила из комнаты. Уходил он обиженным.