А теперь…

Кроме ненормального оптимизма, начали происходить какие-то смещения в зрении. Самые обычные предметы приобретали дополнительный объём, а краски стали ярче, вокруг появились дополнительные цвета.

Заключённый в магический холод азанарис, например, теперь мерцал гораздо сильнее, а к оранжевому цвету добавились алый и фиолетовый. Комната, которую я уже полтора года делила с двумя соседками, тоже выглядела несколько иначе. Вполне узнаваемо, но всё равно.

С окружающими людьми то же самое. Это напоминало случай с портретом леди Дафны – вроде всё обычно, но начали проявляться иные, дополнительные черты.

Кто-то из товарищей по учёбе сразу похорошел, а кто-то подурнел, причём значительно. Главный бабник нашего университета, что занятно, стал ещё симпатичнее. Просто бери и влюбляйся, если нервная система недорога.

Кстати, он был единственным, кто заметил, что со мной что-то не в порядке. За день до отъезда, отловил в коридоре и, зажав в уголке, спросил:

– Айрин, с тобой всё хорошо?

Прежде чем кивнуть, я вытаращилась на сокурсника в оба глаза и испытала бешеное желание протянуть руку, чтобы прикоснуться к его таким ровным, таким правильным чертам.

К моменту отъезда в столицу я напоминала этакого очарованного зомби. Эффект изменённого зрения усилился в разы, и теперь всё выглядело совсем необычно.

Мне стоило огромных усилий не замирать при ходьбе и держать приличное выражение лица. Это из минусов. Из плюсов – ректор отпустил сразу и без лишних вопросов. Билет на поезд тоже без проблем купила.

Два часа, которые отделяли от столицы, пролетели словно миг. Мне удалось занять место у окна, и тот факт, что теперь путешествую не первым классом, а в общем сидячем вагоне, остался почти незамеченным.

Всё это время я, словно впервые в жизни, смотрела на небо, на искрящийся снег, на такие странные островки деревьев… Окружающий мир завораживал. Будил желание погрузиться в него полностью. Раствориться. Стать частью этого природного величия и красоты.

А потом, когда природный пейзаж сменился городскими видами, очарование развеялось. Нет, город тоже был красив, но я вспомнила о предстоящем мероприятии и впала в закономерную нервозность.

Я боялась. Боялась всего: похода в банк, новой встречи с тем неухоженным стариком-нелегалом, обмана и ограбления… В момент, когда вышла из вагона и вдохнула пропитанный суетой столичный воздух, главным моим страхом была встреча с посредником. Я опасалась, что, невзирая на подробное описание, составленное папой, попросту не узнаю дельца.

Но небо было милостиво – уж в чём, в чём, а в этом обошлось. Делец опознал меня сам, встретил на выходе из расположенного на привокзальной площади банка.