— Что-то будешь? Чай, кофе, что-нибудь покрепче? — спросил Нарышкин.

— Нет, Петя, спасибо. — мотнул головой Пожарский. — Держи. — он достал из кармана флешку и положил её на журнальный столик.

— И как тебе?.. — Нарышкин взял флешку и, в свою очередь, убрал в свой карман.

— Я, конечно, знал все подробности от Лёшки и Ваньки Орлова, но увидеть своими глазами, хоть и в записи… Впечатляет!

— Вот и я проникся! — улыбнулся Нарышкин. — Да ещё потом рапорт подробный Ваньки прочитал, где он в восторженных выражениях отзывается о курсанте Пожарском, и в подробностях описывает все свои промахи в работе с ним.

Смолова с Пасеком выгораживает, мотивируя это тем, что они, якобы, выполняли его прямые приказы. Они же в своих рапортах, как водится, выгораживают полковника, указывая, что это именно они были непосредственными командирами курсанта, вину в провокациях признают, и готовы понести наказание. Но и это ещё не всё. — Командир Корпуса сделал небольшую паузу и продолжил. — Ко мне поступила бумага за подписью всех бойцов подразделения «Волкодав» с просьбой вернуть курсанта Пожарского. Первыми стоят подписи Орлова, Смолова и Пасека. Мотивировку зачитывать надо, Миша? — хозяин кабинета поднял вопросительно бровь.

— Понятно, что им такой боец крайне необходим в особо сложных ситуациях. Речь-то об их жизнях идёт… — ответил задумчиво Пожарский.

— Вот-вот, Миша. — кивнул Нарышкин. — А ты должен догадываться, как сложно найти кандидатов для этого подразделения, да потом ещё и вырастить в хорошего специалиста.

— Саныч, всё я прекрасно понимаю! — отмахнулся князь. — Говори прямо, что предлагаешь?

— Отношение у твоего внука сейчас к бывшим отцам-командирам не очень, предлагаю привлечь его воспитателя, Прохора Белобородова, в качестве некого посредника или инструктора, тем более что он в курсе происходящего, да и дело его личное я полистал, которое тоже меня впечатлило… Он лучше всех остальных знает Алексея Александровича, да и с Орловым они хорошо знакомы.

Как тебе, Николаич?

Князь не спешил отвечать, а задумчиво откинулся на спинку кресла.

— Какой будет статус у Белобородова? — наконец, поинтересовался он.

— Все аспекты тренировок курсанта Пожарского будут согласовываться непосредственно с ним.

Так же он имеет право, в качестве инструктора, присутствовать на этих тренировках и вмешиваться в них. Когда дело дойдёт до работы, сам понимаешь, Миша, его полномочия заканчиваются.

— Я согласен, Петя. — не задумываясь, кивнул князь. — Осталось только заручиться согласием самого курсанта Пожарского.

— Отлично, Миша! — заулыбался Нарышкин, поднимаясь из кресла. — Пойдём за стол сядем и внука твоего с Белобородовым пригласим.